Почти вся жизнь (СИ) полностью

На экзамене я сделал ошибку — вместо «нужно» написал «надо». По нашему эти два слова имеют практически одинаковое зачение, у них «нужно — маст» значит «обязательно!», а «надо — оут ту» значит «хорошо-бы». Экзамен был сдан и теперь надо было сдать тест на езду. Тут-то я чувствовал себя уверенно, выехал на Бродвей, еду, инспектор говорит «всё, поворачивай». Приехал на стоянку, инспектор сказал «придётся приехать ещё — вы не соблюдали разметку»… За экзамен и за тест каждый раз надо платить. Но лайсенс этот я получил, а за мной и девчонки направились за правами. Кстати о машинах, без колёс на приличную работу не надейся, надо искать работу и покупать автомобили…..

Прибежала Мелечка из школы — она пошла в последний класс для того, чтобы научиться языку аборигенов — и хохочет, это же не 12-й а 5-й класс! А Джек Лондон и Фолкнер, Стэйнбек и Марк Твен лопнули бы от смеха, услышав, как они говорят, да они и не знают этих имён даже! Лет 10 спустя, я уже стал ресторатором, вижу, за столиком, девушка почти плачет, еда не тронута. Подошёл, спросил что за проблема, может не вкусно? Нет, отвечает со слезой в голосе, мне надоэссэй — изложение — написать о творчестве Марка Твена — а я никогда раньше этого имени не слышала. Я спросил, а она удивилась, не знала, что это он Тома Сойера написал… 3-й курс Гуманитарного факультета Болдерского Университета. Не мудрено, что Бушу младшему было невдомёк, где этот Афганистан. Женя и Люся стали студентами, Мелечка тоже поступила в Университет, побыла там полтора года, узнала про обмен студентов и собралась в Париж, в Сорбонну, а Женюшка не захотел — то ли родителей не хотел оставлять, то ли забоялся, чужая душа — потёмки, но по-мне так зря.

Апрель 80-го, Еврейская пасха — пасовер. Учитель из школы, где учится Меля, пригласил нас на сейдэр — праздничный вечер первого дня пейсаха. Свечи зажжены, сидим за столом, слушаем, как читают молитвы — на непонятном наречии — всё по порядку, по старинным правилам, объясняют, что за еда на столе, что означает каждый предмет и вот, наконец, торжественное завершение трапезы, все встают и я, дундук, вскочил и, не знаю почему, видно чёрт подтолкнул, наложил на себя крестное знамение. Гробовое молчание хоть и длилось недолго, но больше нас на еврейские праздники не приглашали. В главную синагогу, на другие религиозные встречи, не приходить было нельзя — мы же эмигранты, евреи из СССР.

Наконец мне подобрали работу инженером. Собрался, узнал куда и как туда попасть, пришёл на остановку автобуса и жду. Полчаса жду, час, а автобуса нет как нет! Думал, 10–15 минут ждать, Денвер, ведь, столица штата. Через 97 минут (посмотрел на часы) подкатил бас — автобус по ихнему, спрашиваю у водителя — когда следующий? Вежливо, улыбаясь, как здесь принято, сообщает — через каждые 2 часа. Расписание надо было до поездки посмотреть, рашен фул! Это было в последний раз, после этого перемещался всегда на своей машине, как и положено американцу.

Добрался, скромно представился, ответил, как смог, на обычные вопросы, спросил, что делать. Вся контора — 2 пожилых и 4 помоложе, смотрят с интересом — что будет? Ферму можешь просчитать? Давайте, говорю, попробуем. Вспомнил я рассказ, как проверяли Тимошенко, известного русского строителя, убежавшего в 1918-м. Принимая на работу, его спросили, что может произойти с фермой этого моста при экстриме. Подумавши, он показал на один стержень и сказал — сначала разрушится он, а следом рухнет и весь мост. Этот мост был на экспертизе в связи с аварийным его состоянием, так и случилось! Вспомнил я Кремону — графический метод для определения усилий в стержнях ферм — сел за кульман и стал кремонить. К концу первого рабочего дня за рубежом — показал результат. Стали проверять на выбор — видать, уже над этой фермой кто-то работал, но не все усилия определены — результаты сходятся до третьего знака. Изумлению не было предела — никто про Кремону этого даже и не слыхал.

Проработал я в этой конторе полтора года, выполнил проект расширения какой-то фабрики и ещё пару работ — хозяин поверил, что я действительно инженер — видимо, заказчикам мои работы понравились, и порекомендовал меня в солидную фирму. Там проектируют нефтедобывающее предприятие на севере Аляски, сказал он, ты работал на севере, знаешь про мерзлоту, специалист — я не могу платить тебе соответствующую зарплату — он платил мне 3. 75 доллара в час — там тебе дадут двадцатку. Спасибо старику, мы с ним потом встречались не раз.