— Мы с Энти были в старом храме вблизи развалин Ши. Это не так далеко отсюда. Развалины на месте и все так же необитаемы, а храм вполне цел, в нем сейчас тренируется дружина тэнлунгов. Ужасная дыра, новостей принести некому, а редкие одиночки живут в истинном единении с природой, отвернувшись от мирской суеты. Покинув храм, мы продолжили путь через деревни, но половина из них была безлюдна, словно люди бежали, побросав весь свой скарб, а в тех, которые не брошены, мы слышали самые разные вещи. Местные болтали, что Императора убили и теперь демоны и хофу свободно рыщут по стране, а кто-то даже говорил о набеге пиратов. Но войны официально никто не объявлял, правильно я понимаю?
— Все верно. Похоже, союзное войско Лиги, пиратов и хофу болтается в Империи.
Старик нахмурился:
— Тяжело слышать такую новость. А что вы забыли в Сельвике? Хочу сразу предупредить, затея войти в город очень … странная!
— Вы действуете в окрестностях Сельвика одни? — перебил его Павел.
— Мы одни из многих двоек, раскиданных по Империи. Если вы правы и город сдан, то зайти незаметно будет не так сложно. Конечно, со знающим человеком. Наемники никогда не выставляли охрану на каждом углу, они больше пьют и мародерствуют.
— Думаете, город сильно разрушен?
— Я уверен в этом. Что бы там ни говорила ваша Мария, в Сельвике было много людей, преданных Империи. Не думаю, чтобы они сдались без боя.
Я с трудом узнала Сельвик, когда мы вошли в него. В моем видении это был красивый и богатый город, сейчас же многие здания были разрушены, улицы были усыпаны обломками строений и камнями. Но армии Лиги уже не было: она двинулась на запад, к Дэону. Попасть в город оказалось несложно: мы незаметно пробрались туда тропами, известным только Юрису и его ученику.
Первым делом мы решили проверить тот дом, в котором прятались Мария и тэнгуны.
— Как-то слишком просто мы сюда вошли, — мрачно заметил Павел. — Ой и не нравится мне все это. Что, думаете, тут нет шпионов? А сигнал луэ? Так я и поверил, что хофу настолько глупы, что не засекли его!
— Верно говоришь, — согласился Юрис. — Поэтому я считаю, что ваша затея — очень опасная авантюра. Но если наша девочка стала полным луэ, то ее решения — это решения Тэнлу, поэтому я буду помогать ей во всем и следовать за ней, куда бы она ни отправилась.
Находиться в городе было тяжело. Меня преследовал какой-то отвратительный смрад, хотя все остальные уверяли, что ничем особенным не пахнет. Почему они не чувствовали эту страшную вонь? Пахло, как в подвале Игната: кровью, страхом и безнадежностью. Самой тьмой, как пояснил мне Юрис, единственный, кто иногда улавливал отголоски этого ужаса.
Луэ стал нестерпимо горячим, хотя я не видела ни одного хофу. Кристалл, обращенный ко мне темно-красными гранями, мерцал, как будто живой. Другая сторона была покрыта сморщенным кожаным панцирем, который напоминал мне грецкий орех. Кристалл причинял мне сильную боль, но я боялась снять его, хотя Павел постоянно уговаривал меня сделать это. Я боялась «ослепнуть», не заметить хофу, не «услышать» кого-то из своих близких и подвести новых друзей.
— Знаю я этот дом, — выслушав меня, сказал Юрис, — да и тэнгун со шрамом — известный человек в Сельвике. Лу-вэй Шагид — это его дом. После смерти жены он из него сделал тренировочный лагерь. Сущий параноик этот лу-вэй! Но всегда не доверял Лиге и, как оказалось, был прав! Зря мы к нему не прислушивались. Зря!
В Сельвике к нам присоединились восемь молчаливых вооруженных мужчин — людей Юриса. В мягких сапогах и темных одеждах, они бесшумно обступили нас, как только мы вошли в город. Юрис недовольно проворчал:
— Шумели, как стадо пустынных ящеров! Тише надо быть!
Похоже, угодить Юрису было еще сложнее, чем Луиджи.
Быстро, но тихо мы пошли к дому лу-вэя. По словам местных, крепость взяли спустя сутки после того, как в город явились наёмники лиги. Убитых было много, но среди пленных и погибших не было ни женщин, ни детей, а значит, Мария все-таки смогла спастись. Луиджи был категорически против того, чтобы мы заходили к дом лу-вэя, да и Юрис считал эту затею опасной.
— Что там смотреть? — спрашивал он меня. — Там пусто. Жители даже мертвых уже похоронили.
В глубине души я понимала, что они правы, но какая-то часть меня хотела войти туда и убедиться, что все выглядит именно так, как мне привиделось. Я все еще с трудом верила своим видениям.
Однако дойти до дома лу-вэя мы так и не смогли: район кишел архейскими военными и наемниками.
— Думаю, нам не стоит идти дальше, — наконец сдался Павел. — Что думаешь, Таня?
Я замерла напротив того самого неработающего фонтана, который помнила из своего видения. Тот же пыльный парапет, пустая корзинка: кто-то наступил на нее и раздавил хрупкое дерево, собрал яблоки, но одно, растоптанное, все еще валяется в грязи.
Значит, все эти видения правда: стриженый затылок и взгляд исподлобья, потерянный Муса Ахмедович, налитые тьмой глаза Игната и старый тхэ…