Значит, пожар надо немедленно гасить! И вовсе не обязательно – самому выглядеть защитником ниггеров и становиться в один ряд с преподобным Мартином Лютером Кингом, Розой Паркс и прочими активистами из NAACP. Благо на сцене появилась еще одна влиятельная фигура. Натан Вуд, «герой» Де-Мойна, оказывается, во Вьетнаме служил под началом Трэгга-младшего – у которого папа тот самый Трэгг, председатель Комиссии Сената, курирующей набор добровольцев в Армию, на замену успевших сильно оскандалиться «идиотов Уилсона»[55], и далеко не последняя персона в коридорах власти в Вашингтоне. Который, справедливо опасаясь за репутацию, и свою и сына, тут же ринулся в бой:
– У нас в Штатах живут миллионы, десятки миллионов чернокожих. Которые являются не только американскими гражданами и налогоплательщиками – но и ценным кадровым резервом в нашей священной борьбе против мирового коммунизма. И тот, кто хочет этот резерв не просто уничтожить, но даже обратить во врагов Америки, – подрывает мощь нашей великой страны и ее обороноспособность! Я требую проверить – этот Райс является агентом коммунистов, желающих устроить Вьетнам у нас дома? Или он просто некомпетентный идиот, неспособный поддерживать порядок законными методами, и дискредитирующий тем самым американское правительство?
И вот уже в Вашингтоне соизволили наконец обратить самое пристальное внимание на происходящее в Де-Мойне. Президент Эйзенхауэр еще не вышел из госпиталя – но исполняющий его обязанности вице-президент Никсон полон политических амбиций и желает набрать очки популярности. В итоге губернатору Айовы уже отправлено «предложение, от которого нельзя отказаться» – и если до завтра из Де-Мойна не будет убедительного ответа с доводами против, то Никсон подпишет указ о чрезвычайном положении в данном штате – что означает, наведением порядка займется не только и не столько Нацгвардия Айовы (которая будет мобилизована и подчинена Вашингтону) но и 101-я десантная дивизия (которая уже получила приказ быть в полной боевой готовности).
Что ж – придется прямо сейчас сделать несколько телефонных звонков. В Белый дом, в Военное министерство, и в сам Де-Мойн. Ведь моей вежливой просьбой (не приказом, боже упаси) не посмеют пренебречь ни губернатор штата Айова, ни чины с большими погонами, ни даже сам вице-президент. Быстро и решительно восстановить порядок – пока пожар не перекинулся на другие штаты. А судить и казнить будем уже после!
Касается всех. Ради спокойствия, можно и ниггерам бросить какую-то кость – в виде головы придурка Райса, проявившего усердие не по разуму. И с Амандой Смит – пока обеспечить ей безопасность, ну а после, когда прояснится масть этой карты в моей колоде, уже взвешенно решить, что с ней делать: играть ею или сбросить в битые.
Утром над городом пролетели бомбардировщики. С запада – наверное, с базы в Омахе. Летали так и раньше – учитель, мистер Колман, говорил о защитниках нашей свободы и демократии. Ну а Аманде сейчас вспомнилась та прочитанная книжка о вымышленной стране Авалон.
Год назад армада бомбардировщиков над Ханоем подверглась ужасному разгрому от русских истребителей и зенитных ракет. А посланную русскими смерть из космоса – отразить невозможно. И у Сталина есть бомбы в сто миллионов тонн – намного сильнее наших. И новая война будет, как у Жюль Верна, лишь не одна, а множество пушек герра Шульце[56], и снаряды в этот раз исправно обрушатся с орбиты – сколько лет осталось до того, десять, двадцать? И все умрут – родители, Дэвид, школьные друзья и она, Аманда Смит, успевшая стать взрослой. Может, она успеет, как мама, встретить кого-то похожего на папу, и обзавестись детьми… зачем?! Чтобы увидеть, как они сгорят в атомном огне?!
Аманда впервые задумалась всерьез – а отчего бы и правда не поехать в Россию? Вряд ли она сумеет убедить русского диктатора не нападать на Америку – но если посеет у него хотя бы тень сомнения – и подарит всем еще какое-то время мира?
И отбросила эту мысль – ну кто она такая, чтобы к ней прислушивался повелитель Мирового Зла? С которым уже наверняка вели разговор те, кому положено, кто обучен – политики, дипломаты, – кто намного лучше нее умеют убеждать.
