— Да? — он выжидающе смотрел, а на меня напал ступор, — что ты хочешь сказать?
— Я…это насчет жажды… — невразумительно промямлила я, а Влад только хмыкнул.
— Пойдем, у меня на примете уже есть один подходящий Источник.
Я даже не знала, радоваться или огорчаться этой отсрочке. Сказать все равно придется — иначе это сделает Алена.
— Ты уверен, что иначе никак?
Все-таки морально я к охоте оказалась не готова. И вероятности попасться к местному наместнику в моих метаниях отводилось скромненькое место где-то на краю сознания. Гораздо больше меня волновало возвращение воспоминаний в формате 3D. Снова пережить нерадостные дни после обращения, любовь к Ленсару, которая, в итоге, оказалась ненастоящей. Да, насквозь фальшивой, результатом мастерского гипноза Дамиана, но кто не знает, как вкус, запах и прочие простые вещи могут воскресить давно ушедшую реальность.
А что, если я не смогу остановиться? Вторая большая проблема не преминула напомнить о себе. Во время охоты я всегда доводила дело до конца. Конечно, Исидор говорил про хилера, но сути это не меняло.
— Он под гипнозом, пей, — Влад подтолкнул ко мне крупного парня со взглядом "овоща". Я нервно оглянулась — кроме нас троих в пределах видимости никого не было, судорожно вцепилась в плечи жертвы и выпустила клыки.
— Он, конечно, здоровяк, но не перестарайся.
А с этим напутствием Влад немного опоздал. Тепло свежей крови стукнуло в голову, хотелось еще и еще. Даже не смотря на то, что вкус слегка отличался от источника, каким я его знала. Был более…пресным, что ли, но все равно на порядок лучше пакетов для переливания крови. И все-таки, кому пришла в голову светлая идея о самой вероятности любви вампира и смертного? Это как если бы последний обнимал пряничного человечка, постоянно облизываясь и опасаясь раскрошить.
— Хватит! — окрик Влада донесся откуда-то издалека.
— Достаточно, ты слышишь? — крепкая хватка на моем локте, рывок назад, и только тогда я оторвалась от человека, которому не посчастливилось стать моим донором. Он слегка пошатывался с тем же безразличным выражением лица. Хорошо, что хотя бы не вижу его страха.
— Спасибо, — только и смогла выговорить я.
Влад отошел в сторону и отослал бедолагу прочь, подправив ему память, а потом повернулся ко мне.
— Если хочешь поблагодарить, — сказал он с какой-то неопределенной интонацией, — то составь мне сегодня компанию.
— Куда-то собираешься? — сказать, что он меня удивил — ничего не сказать. Мы здесь проездом, в бегах, но я была рада оттянуть момент возвращения к Алексу…и Алене. Порыв все выложить начистоту прошел, теперь хотелось хотя бы ненадолго сделать вид, что все в порядке. Поймала себя на мысли, что это так по-детски — считать, что враг тебя не найдет, если держишь глаза крепко закрытыми. И все же, куда вампиреныш собирается идти?
— Здесь моя семья, — и сразу же уточнил, — семья до обращения.
Вот оно как. Влад довольно часто вспоминал свою прежнюю семью, должно быть, очень привязан к ней. По неизвестным причинам прошлая жизнь держит его слишком сильно. Возможно, он не нашел себя в этой…
— И часто ты ее навещаешь? — из-за неровностей кирпичной кладки и легкого поворота направо казалось, что стены смыкаются.
— Если словом "навещаешь" можно назвать подглядывание в окно, то где-то раз в пол-года, — с иронией произнес он, — послушай, я знаю, что сейчас неподходящий момент, но моя младшая сестра умирает. Я должен ее увидеть.
Я чуть не споткнулась.
— Конечно. Ты можешь на меня рассчитывать.
***
Никогда не любила больницы. Унылая краска, угнетающие запахи, почти осязаемое страдание. Эта клиника могла похвастаться полным комплектом.
Мы тихо вошли в одиночную палату, пронизанную фоновым звуком работающих препаратов жизнеобеспечения, на котором едва выделялся слабый пульс.
— У нее хроническая лейкемия, — Влад остановился у изголовья кровати, — я опоздал, она уже не очнется.
Я переводила взгляд с худощавой женщины лет 35-ти, опутанной всеми этими эластичными трубочками как паутиной, на Влада и обратно.
Никогда не умела утешать. С трудом проглотила ком в горле.
— И ничего нельзя сделать? Хилерство…
— Уже не поможет, — оборвал подросток, — слишком поздно.
— А обратить? — по глазам вампира я поняла, что пора завязывать с расспросами.
— Первые пятьдесят лет создателям запрещается раскрывать детям секрет обращения, — грустно усмехнулся друг, — опять же, политика маскарада. Считается, что 50 лет — оптимальный период для смены поколений и отмирания старых связей. Знаешь, у меня была мысль обратиться к Инне, но это означает просить слишком многого. Обращая, приносишь в дар не просто жизнь — вечность. Огромная ответственность.
Теперь я молчала, на этот раз подсознательно ощущая необходимость ответа, но язык словно приклеился к небу. А ведь Влад не понаслышке знает о последствиях безответственного обращения…
— Подожди меня здесь, совершу набег на запасы крови, раз уж пришли, — нарушил тишину Влад, — я ненадолго.
***
