Меня впустила сердобольная женщина — к счастью, не оборотень, их по моей оценке здесь вообще не наблюдалось, и даже накормила домашними варениками с вишней. Вкусно, пусть по питательности и уступало крови ее соседа. Да, многие вампиры любят нормальную человеческую пишу, но для нас это просто как лакомство — то есть здорово, конечно, но на одних сладостях не проживешь. Я неплохо освоила гипноз и уже могла нормально охотиться. Не будь за мной Ленсара, то могла бы уверенно сказать, что не пропаду. Думаю, я перестала считаться новообращенной.
И вот сегодняшним вечером, за размышлениями о своем будущем меня застала хозяйка дома.
— Отчего такая смурная, девонька? Али гложет чего?
— Гложет, — я не ожидала, что с такой легкостью поддержу беседу, — гложет изнутри, — не знаю, зачем я это рассказывала, наверное, просто не могла больше держать в себе, — я должна быть сильной, но так устала от этого…устала бороться за жизнь, постоянно просчитывать действия на пару шагов вперед, видеть врагов в каждом встречном. Хочется нормальной жизни, но… — голос сорвался, и я замолкла, глядя перед собой на столешницу.
— Моя младшая, нынче фирмой столичной заправляет, тоже так говорила, еще прибавляла "устала быть милой, от улыбки уже скулы сводит", ты тоже поди такая, городская? — простодушно сказала женщина, — не мое это дело, дочка, но как тут не устанешь, ежели все силы уходят на борьбу с собой.
На борьбу с собой. Я сидела как пригвожденная к месту. Ведь так оно и есть! Но как так получилось, что абсолютно чужой человек проник мне в душу и увидел то, что я никак не хотела замечать. Если бы мои мысли не были заняты обманом и опасениями, что тайна раскроется, кто знает — может, в той голове возникло бы больше идей насчет борьбы с Ленсаром. Никто не может долго сражаться на два фронта.
— Вы абсолютно правы, — я с изумлением глядела на хозяйку дома, слово видя ее впервые — обычную крестьянку, которую годы и тяжелый труд иссушили раньше времени, — спасибо.
— Да за что благодарить, — отмахнулась женщина, — но если надобна помощь, не стесняйся. Можешь оставаться тут, сколько нужно. Я совсем одна живу, в хозяйстве лишние руки не помешают.
А что, если принять это предложение? Представим, что мне улыбнулась невероятная удача, и пока мое передвижение никто не засек, тогда залечь на дно здесь и перевести дух — идеальный вариант. Куда-то бежать дальше вслепую, значит рисковать по-новой. Единственно, чего я опасалась, если меня все-таки найдут — не навлечь на добрую хозяйку проблем, — спасибо за гостеприимство, я останусь у вас ненадолго…в чем нужна помощь?
— В доме убирать да животинку кормить, — казалось, мое согласие искренне обрадовало женщину, и пульс это подтверждал, — да ты не беги сразу, посиди, кваску выпей, — она поставила передо мной полную чашку пенного напитка.
Да она меня балует.
Я благодарно улыбнулась, осушила чашку, и пока дел не было, решила пройтись вдоль дома. Напоминала себе, что нельзя терять бдительности, но теплый воздух и запах свежескошенной травы ласкали мою измученную психику и уговаривали не напрягаться. Даже негромкая ругань подрядчиков, которые чинили у моей хозяйки крышу, не выбивалась из общей гармонии.
Проходя мимо, я невольно присмотрелась к их работе и ужаснулась. Несущая перекладина готова была рухнуть вместе с остальной конструкцией.
— Хватайте снизу! — я не удержалась, пока рабочие медленно поворачивали головы, и взобралась на крышу, с трудом сдерживая сверхскорость, — живее!
На озадаченных физиономиях проступила тень понимания, и мужчины взялись за доску. Я незаметно ее отпустила, так, чтобы казалось, будто я лишь до нее дотронулась, а не удерживала несколько секунд весь немалый вес.
— Ну, деваха, ты шустрая, — пробасил один плотник и впился в меня глазами, отчего сразу стало неуютно, — раньше я тебя не видел, пришлая будешь?
— Проездом, — коротко ответила я и поспешила скрыться с глаз. Не хотелось, чтобы меня запомнили. Мало ли что. И когда я уже собиралась вернуться к тете Симе, так просила себя называть добрая Серафима Андреевна, со стороны леса донесся вой.
Оборотень? Я сконцентрировалась на звуке и вычленила пульс — обычный волк и, скорее всего, раненный. Об этом свидетельствовало и жалобное поскуливание, рвущее душу на части. Не раздумывая более, я кинулась на помощь…но увидела то, чего увидеть никак не ожидала! В охотничьем капкане был пойман, конечно же, волк, только этот буроватый окрас я узнаю из миллиона. Так похожий на овчарку. Который и ввел меня в заблуждение, когда мы с Инной, Владом и Алексом постучались в двери частного дома.
Как Алена здесь оказалась?! Выслеживала меня? В груди мгновенно закипела злость, но она исчезла, споткнувшись о просящий взгляд волчицы. Алена меня не помнила.
— Подержи ее, будет болезно, — говорила Серафима спустя четверть часа, когда я привела волчицу к ней домой. Женщина смочила тряпку в каком-то отваре и приложила к поврежденной лапе. Волчица — больше не могла называть ее Аленой — дернулась, но я держала крепко.
