В уголках глаз у Гарри отчаянно защипало, он часто-часто задышал и, для верности, вытер глаза рукавом пижамы. Он совсем запутался. Профессор Дамблдор вроде был на стороне Гарри, он же добрый и всё понимающий, вон, даже в квиддич позволил играть на первом курсе, когда остальным это было запрещено. Но при этом профессор отправил Гарри на отработку в Запретный лес практически без взрослых волшебников. Профессор МакГонагалл — тоже, и оба они не побеспокоились о безопасности учеников. А Снейп, который ненавидел Гарри и при любом удобном случае придирался и снимал баллы, — кинулся его спасать, привел обратно в замок и оставил своей помощнице зелья, которые, несмотря на мерзкий привкус, подействовали безотказно, так что Гарри спал мирно и спокойно. Если бы не это, он бы всю ночь продрожал от страха под одеялом, боясь даже на минутку прикрыть глаза, чтобы силой воображения не перенестись снова на ту полянку в Запретном лесу. Да какое там, не кинься Снейп на Квиррелла, Гарри бы и вовсе не вернулся в замок! Снейпу было не наплевать, единственному из всех… Профессора Дамблдору и профессора МакГонагалл, которых так боготворила Гермиона, не очень-то заботило, все ли студенты возвратились в Хогвартс с отработки, в каком состоянии они возвратились. А Снейпа, которого ученики практически поголовно боялись и ненавидели, заботило! Поняв, что в своих мыслях пошёл по второму кругу, Гарри всхлипнул. Он давно привык, что до него самого никому не было дела. Придя в волшебный мир, в Хогвартс, такой сказочный по описаниям Хагрида, с мудрым и справедливым руководителем, Гарри думал, что уж здесь-то всё будет иначе, а оказалось….
Ликси неожиданно тронула его за рукав пижамы. Гарри, собиравшийся вот-вот заплакать, резко втянул в себя воздух и сумел удержаться от слёз. Ничего, он справится. Гарри сильный и почти взрослый, уже целого тролля одолел и в квиддич вон сколько матчей выиграл! Зачем ему это глупое внимание от глупых взрослых?
— Сэр? Гарри Поттер, сэр? Может быть, Ликси сделает Гарри Поттеру блинчики на завтрак?
Ему вдруг стало смешно, очень смешно, так что Гарри зажал себе рот рукой, чтобы не расхохотаться в голос. Сердобольная Ликси смотрела на него с такими участием, лаской и заботой, что даже один сдавленный смешок смертельно оскорбил бы её.
— Д-да, — выдавил Гарри, решив, что хуже не будет. — Сделай, пожалуйста.
Бледная и печальная домовуха мигом повеселела. Не успел Гарри опомниться, как его отправили умываться и в душ, после выдали чистенькие и новые брючки и рубашку, непроницаемо чёрные. У Гарри таких вещей отродясь не было. На Косой аллее Хагрид не оставил времени купить другую одежду, кроме стандартных школьных мантий и колпаков, да Гарри и сам не сообразил, что ему что-то ещё потребуется. А всё, что перепадало ему от Дадли, было, во-первых, большого размера, а во-вторых, заношено и застирано так, что тот же чёрный цвет превращался в замызганно-серый.
— Это чьё? — поинтересовался Гарри, облачившись в предложенное. На удивление, что рубашка, что брюки сели идеально, как если бы их специально для него шили.
— Хозяин подогнал маленькому гостю кое-что из своих вещей, — был ответ.
Гарри прикусил язык. Мало ему было того, что Снейп спас его вчера и у себя поселил, так ещё и свою одежду отдал. Почему у профессора вдруг такой альтруизм прорезался?
Ликси помимо обещанных блинчиков принесла ещё и горку сэндвичей с разными начинками: с тунцом, копчёной селёдкой, беконом, сладкие с бананом и шоколадом — а вместо осточертевшего тыквенного сока были горячий шоколад и чай. Домовушка будто целый Гриффиндор решила накормить вместо не одного Гарри! Но смешно-несмешно, а он, оказывается, ужасно проголодался, так что смолотил, не останавливаясь, штук шесть блинчиков с малиновым джемом и два сэндвича с тунцом, и только на третьем, утолив первый голод, стал есть уже степеннее и культурнее. Видела бы его тётя Петунья! Точно бы отшлёпала кухонным полотенцем за бескультурье. А Снейп, то есть, наверное, теперь профессор Снейп…
