Продиктовав координаты аппарации, Патронус рассыпался искрами, а Северус, решив не затягивать, переместился на указанное место. Дамблдор понятия не имел насколько просчитался, решив не поднимать волну из-за исчезновения Поттера и отправив на поиски деканов школы. Очень сильно просчитался. Преподаватели и до этого роптали, не понимая дремучей невежественности и безалаберности героического ребёнка, а уж его исчезновение, окутанное ореолом тайны и абсолютно непонятными действиями директора, одновременно и объединило их против Дамблдора, и перессорило. Наверное, так же в своё время перессорились и Основатели. Минерве досталось за то, что отпустила первоклашек в лес, поддавшись на уверения Дамблдора о необходимости познакомить детей со злом, чтобы они не свернули на кривую дорожку. Северуса ругали, потому что он поначалу не воспринял пропажу ученика всерьёз. Флитвик и Спраут теперь держались особняком от них, предпочитая выходить на поиски в Запретном лесу вместе, но сегодня у Помоны зацвел единственный экземпляр магической разновидности лотоса, который распускался раз в пятилетие, и с Флитвиком отправился Северус.
Аппарация вынесла его на небольшую прогалину в лесу. На похожей он меньше недели назад отбил Поттера у Квиррелла. Разница состояла лишь в том, что деревья это местечко обступали уж очень плотно, и их кроны смыкались, не пропуская лунный свет. Наверняка, тут и днём было темно, мрачно и сыро. Флитвик парил в воздухе, используя чары левитации на каком-то пне, при этом он ещё умудрялся освещать полянку с помощью Люмоса, так что очень хорошо было видно следы сражения.
Выглядело всё так, словно тут схлестнулись несколько неслабых магических существ. Земля взрыта и вскопана, нижние ветви деревьев сломаны, парочке молоденьких дубов повезло и того меньше — их переломили пополам, и свежая древесина светлым пятном проглядывала сквозь открытые раны.
— Жестокая была битва.
— Согласен, — взволнованно протараторил Флитвик, — но не с Гарри. Бедного мальчика бы просто растерзали, окажись он тут. Дело в другом, Северус.
Услышав собственное имя, Северус удивлённо приподнял брови. За прошедшие дни он отвык именно от такого обращения от коллег. В его адрес летело лишь холодное «Профессор Снейп» с разной степенью негодования и возмущения. Сердце ёкнуло: раз уж Флитвик прекратил этот глупый демарш, должно было случиться нечто из ряда вон!
— Я могу ошибаться, но тут следы взрослого акромантула, который с кем-то сражался. И победил.
— Акромантула? С чего ты так решил, Филиус?
Тот отлевитировал Северусу прямо в руки что-то непонятное, при приближении оказавшееся оторванной паучьей лапой, примерно в два сустава длиной, но размером в половину человеческого роста. В первый миг зельевар в нём победил человека, и Северус принялся накладывать на конечность разнообразные чары. Не осталось сомнений: и результаты диагностики, и короткая, на ощупь напоминавшая шёлк, шерсть говорили, что это действительно был акромантул, взрослая половозрелая особь. Это же… для того, кто хоть малость смыслил в зельях, это — подлинное сокровище! Яд, шерсть, части экзоскелета, глаза, хелицеры! Северус и прежде знал, что в Запретном лесу водятся гигантские пауки, но разыскать их и подтвердить теорию, что это именно акромантулы, а ещё и обзавестись редчайшими ингредиентами, не мог из-за отсутствия страховки. А тут… В следующий момент его окатило жаром осознавания.
— Мерлин, здесь живут акромантулы? — Вспомнились и компания первокурсников в лесу, и собственное столкновение с милордом-Квирреллом, полуночные поиски. Северус, может, и отбился бы, превратившись во льва, а Помона и Минерва? — И Альбус отправил сюда детей с одним Хагридом?
— Ты только сейчас это понял, Северус? — съязвил тот.
— Я не обязан сообщать всем и каждому, если вдруг решу изменить своё мнение.
— Напрасно. Нет ничего постыдного в том, чтобы признать ошибку и, если нужно, принести извинения. Зрелые люди так и поступают.
— Филиус, ты в самом деле хочешь провести со мной воспитательную беседу в самом сердце Запретного леса? — Северус не хотел ссориться с деканом Рейвенкло, но и смолчать не мог. Слишком неприятно было ощущать, что Флитвик с грацией дромарога топтался на его самолюбии. Зрелые люди, подумать только! Кто же тогда, по его мнению, Северус? Мальчишка, по уровню мышления недалеко ушедший от Поттера?
Тот помолчал немного, выдержал прямой, неприязненный взгляд и сказал негромко, но с толикой разочарования:
— Конечно, нет, коллега. Просто хотел, чтобы ты понял.
— Смею сказать, я понял. Давай уже закончим этот явно неприятный нам обоим разговор.
Да, иначе как бы в запале не брякнуть при Флитвике правду.
— Хорошо, Северус. Просто я… больно видеть такое отношение к беззащитному мальчику. Ведь у Гарри Поттера имелся не только отец, а ещё и мать, которая, если мне не изменяет память, была твоей близкой подругой.
