— Как будто Сова тут он, а не я… — с какой-то толикой то ли грусти, то ли даже обиды произнёс Ледяной Князь. Добродушие, вдруг возникшее в троице, меня порядком удивило, но вот мои эмоции прошли мило всех — Маэрор с улыбкой поглядывал то на княгиню, то на князя. Усмехнувшись, он пожал плечами.
— Ничего, у меня тут отличные листья Драконьих Зубов есть. Задержим его немного в нашей компании! — Светлейший кивнул на таскавших тюки слуг, подмигнув Ниндасэну, который в свою очередь довольно кивнул. Когда же рука Маэрора обвила мою, притянув меня к князю, я даже удивилась — я настолько привыкла за прошедшие дни почти не видеть и не слышать правителя Драконьего Клыка, что даже воспринимала своё «одиночество» как должное. — А теперь прошу нас простить. Стоит поглядеть на каюту, которую выделил нам наш любитель звёзд.
Почти сунув меня подмышку, нелий направился к дверям, ведущим во внутренние покои корабля. Благо, вперёд успел уйти Хальвадор — иначе бы Маэрор начал что-нибудь говорить, а это бы точно сказалось на моём внутреннем равновесии — наверняка бы сама вцепилась в него и расплакалась от того же одиночества, на которое он меня обрёк на дни ожидания корабля.
Проходя мимо переносивших вещи слуг, Светлейший завёл меня в первую же каюту, двустворчатые двери которой были приветливо распахнуты, и прикрыл за нами вход. Пока я оглядывалась, он прошёл мимо меня, на ходу стянув кафтан и бросив его на низкую, но очень широкую лежанку, на которой оставили по меньшей мере с полдюжины небольших подушек. Комната — а если точнее, то даже две смежные — выглядела в меру роскошной для временного жилища, хоть и внешне отличалась от того типа уюта, что царил в Клыке. — Если для Драконьей Крепости были обычны барельефы, ковры и подушки на полу, то хозяин корабля любил дерево во всех его проявлениях — резные статуэтки, низкие скамьи и иная мебель. А ещё камень всех оттенков зелёного. Вспомнив изображение на флаге корабля, я улыбнулась.
— Хозяин Медной горы… — под нос буркнула я, изучая вставку из жёлто-зелёного камня-мозайки в столешнице комода, к которому притулили сундучок с вещами, предназначенными для меня. Краем глаза я видела, как с лежанки приподнял голову Маэрор, разглядывая меня.
— Скорее Хозяин Изумрудных копий, — со слабой улыбкой поправил меня он, снова откидываясь на спину со вздохом. — Пик Бездны — разброшенная крепость, раскидистая, как крона дуба. Зато побережье и леса… Я был там несколько раз, до того как стал Князем Клыка и раз или два… в течение последних пятнадцати лет. Ценность Клыка для Императора — драконы, ценность Бездонного Пика — добываемые под его надзором камни. Ониксы, рубины, изумруды, топазы… А какой там малахит! Чёрно-зелёный, с серыми крапинками, чисто-зелёный…
— Ага, и Хозяин Пика охранят свои несметные богатства как Кощей!.. — в ответ попыталась усмехнуться я. Ладно, историю он чужую учил, но и в литературу влез?
— Вот уж нет, — вздохнул Маэрор. Я подошла к единственному окну в каюте — зарешеченному большому проему со вставками из цветного стекла в ожидании продолжения разговора. — Князь Пика очень щедр. В своём плане. И падок на красоту. Не удивлюсь, если к приезду в столицу он успеет подарить тебе какую-нибудь безделушку из собственной коллекции — брошь там или гребень. Будет сложно сдержаться тогда желание свернуть ему шею…
«А что делать мне, когда на тебе Кэлебкара снова повиснет?» — спица ревности дважды ткнула в бок и только потом — в затылок. Осознав, о чём я только подумала, я услышала внутренний смешок Княгини. Её веселили чувства, которые присуще ей? Ну, зашибись! Я теперь ещё и ревную этого демона? Да ну и чёрт с ним!
— Никогда не была на море, — как отвлечение пробормотала я через пару минут. Берег, увиденный из окошка, не внушал тревоги, хоть я и пыталась осознать, что подо мной метры и метры солёной воды, если не брать в расчет дерево корабля.
— А Фарэ обожала море. Вообще воду… — отстраненно вздохнул нелий. Я слышала, как он поднялся, слышала шуршание ткани, а потом шаги и движение куда-то в сторону. Неторопливо обернувшись, я увидела, как Маэрор укладывает пару подушек с лежанки на её меньшего собрата у стены. Поймав мой взгляд, он опустил голову, принявшись взбивать подушки. — До Столицы больше дня пути морем. Я сплю тут.
— Хорошо, — просто согласилась я, наблюдая за его действиями. Закончив с лежанкой, Светлейший направился к двери.
— Пойду прослежу чтобы ничего не забыли погрузить, — словно отчитался он, прикрывая за собой проход.
Я как-то безразлично кивнула, сжав ладони у груди. Оставшись одна, я неторопливо направилась к выделенной мне громадной постели, присев на краешек. Жёсткая, — после подушек в Клыке, служивших мне постелью. Я погладила обивку мебели, наткнувшись взглядом на оставленный кафтан.
На губы сама собой напросилась улыбка, стоило моим пальцам сжать бархатистый материал одежды. Уложив кафтан на колени, я осторожно провела рукой по вышивке, чувствуя, что вещь ещё не потеряла тепла тела хозяина. Схватив кафтан в охапку, я ткнулась в складки ткани лицом.
