Уже на пороге я заметила сидящего за столом, за которым мы, кажется, целую вечность назад завтракали, Маэрора. Демон завалил различными бумагами всё пространство столешницы и, не поднимая головы, медленно и верно опустошал красивую чернильницу. Не прекратил он своего занятия даже когда мы прошли мимо него.
— Отец, мы с матушкой вернулись, — окликнул родителя Хальвадор, заставив сине-чёрное перо нерешительно замереть на какие-то секунды. Я сама, застыв на месте ждала, когда на меня снова тепло посмотрит пара серых глаз, но перо, игриво крутнувшись, продолжило плясать.
— Ага. Я тут немного занят. Можно я немного поработаю?.. — задумчиво бросил Маэрор, хмуро изучая строки на лежащих рядом листах.
— Как скажешь, — Хали даже голос понизил, смягчив и шаг. Практически крадучись он двинулся к лестнице, а я так и осталась на месте, разглядывая работающего нелия.
Какие-то часы назад мне сказали, что он будет ненавидеть меня, а он сидел просто совсем рядом и также просто писал. Он в образе дракона улетел из Храма, словно позабыл обо мне, а сейчас говорил спокойно и рассудительно. Я не видела изменений — всё те же плечи, выражение лица, движения губ. Пальцы сжимают хрупкое писало, не сгибая его даже. Спокоен и умиротворен.
«Как пожелаешь», — с нежностью подумала я, простив то, что меня так вот просто бросили — я уже же была рядом с ним! Отвернувшись, я, копируя Хальвадора, неслышно поднялась на балкончик, где меня уже ждал сын Светлейшего. Дернув за рукав платья, он кивнул мне на дальнюю дверь.
— Не поможешь мне подготовиться к вечеру? — полушепотом поинтересовался он, заглянув мне в глаза. Видя в этой паре гранатов, так похожих на мои собственные, довольные искорки, я не могла не согласиться, торопливо закивав. Хали улыбнулся шире, потянув меня дальше.
Комната, которую он занимал, мало отличалась от той, в которой я накануне спала. Единственное, что было для меня в новинку — насест для пересмешника и сундук, гораздо больше того, в котором привезли якобы мои вещи. Пусть там всё было аккуратно сложено, но то, как нелий пнул сундук, мне не понравилось.
— Мне так хочется чем-то удивить Сатти! Но я даже не представляю как это сделать! — он плюхнулся на кровать, обиженно сложив руки на груди. — Гуляли сегодня по Саду… Так она в Большом Имперском была даже. Что про Малый Палисадник говорить! Украшения она не очень любит. Книги — тоже. А часами болтать про наряды… я устаю. А так хочется потанцевать с ней!
— Вот и нарядим тебя! — пожала плечами я, заглядывая в сундук и обнаруживая на самом верху лёгкие кафтаны из алого, белого и чёрного материала, вышитые так искусно, как только могли это сделать мастера. Попутно я наконец-то нашла с кем для простоты сравнить девушку — да с любой из моих знакомых девчонок с редким исключением — спец по тряпочкам с практически полным равнодушием ко всему остальному.
Вытаскивая один наряд за другим, я откладывала каждый в сторону — ни один не радовал глаз, будучи или слишком ярким, или слишком хмурым, слишком строгий или слишком тесный для танцев. Лишь почти на самом дне я нашла что надо — довольно строгий удлинённый кафтан, единственный из сине-чёрного материала, вышитый чёрными и серебристыми нитями.
— Нет, только не этот! В нём меня с отцом спутают! — начал отмахиваться Хали, сделав страшные глаза.
— Тоже мне — страх! Пусть путают! Скоро придётся! — не знаю, почему это сорвалось с моего языка, но покрасневший нелий мигом понял истину, замявшись. Сдался же он когда я протянула ему светлую рубашку. Взяв одежду в охапку, он на несколько долгих минут исчез за ширмой. Я, забавляясь от его расторопности, только посмеивалась про себя в ожидании когда же Хальвадор покажется.
— Ну, как? — он нерешительно вышел из-за перегородки, одергивая широкий вышитый пояс. Мне хватило взгляда чтобы замолчать даже в мыслях.
Светлейший кронкнязь был просто вылитой копией своего отца. У меня даже в груди неприятно укололо от схожести. Всё — размах плеч, овал лица, брови, попытки улыбки, статность. Лишь глаза и некоторые черты лица не позволяли совсем запутаться.
— Ты такой красивый! — выдавила из себя я, закусив губы. Юноша смущенно потупился. Облегченно вздохнув, я поманила его к себе. — Иди сюда. Я тебя переплету.
Хали послушно плюхнулся на пол, умудрившись ничего не помять, а я с радостью запустила пальцы в его шевелюру, наслаждаясь шёлком волос. Стоило отметить, что парень был и в этом аккуратен — я не заметила практически выбившихся прядей, портивших вид, что не помешало полностью расплести гребнеобразную косу, расчесать волосы по всей длине и начать плести заново, чувствуя исходящий от волос слабый аромат хвои.
— Думаешь, Сатти удивится? — нерешительность Хали продолжала меня удивлять. Потянув за пряди, я осторожно развернула его лицо так, чтобы он смотрел мне в глаза.
— Видел моё выражение лица? Запомни. Сатти будет выглядеть так же, — уверенно нахмурилась я, развеселив этим сюсюканьем юного князя. — Но нужен ещё один штрих. Ты до сих пор не носишь княжеского рисунка. У тебя он должен быть незавершенный, но должен быть.
