— Намного, Ваше Великолепие… — я начинала давиться смешками, подключившись к игре собеседника, избавившей меня от всех мыслей кроме розыгрыша.
Впрочем, отплатить той же картой самому кронпринцу было тем ещё удовольствием. Особенно после того, как увидела его надутые губы. Впрочем, по части такой игры наследный принц Империи имел куда больший опыт — уже через секунду он, чуть склонив голову, улыбался Хальвадору.
— В таком случае, кронкнязь, разрешите сопровождать вашу матушку до дверей Школы, — я бы заскрипела зубами, если бы до этого меня не умудрились развеселить.
После лёгкого поклона Хали в знак согласия, мы уже вчетвером продолжили путь. Принц Таргор вёл меня под руку, а я старалась не испытывать раздражения из-за этой навязчивости. Мужчина, кажется, не замолкал ни на секунду, рассказывая историю возникновения этого сада и школы в его недрах, иногда останавливаясь, чтобы привлечь наше внимание к каким-нибудь особенным растениям, попадавшимся на пути. Постепенно заросли поредели, пропустив нас на круглую проплешину от растительности, чей центр венчало не то чтобы беседка — просто небольшое здание из белого камня максимум в полтора этажа с небольшим чердаком. Ровными кольцами вокруг строения были расставлены скамейки, кой-где пышно цвели небольшие кусты. У нескольких скамеек толпился народ, но он начал постепенно расходиться, едва мы приблизились к нему.
— Учитель давал урок. Мы немного опоздали на лекцию — она закончилась, — мне показалось, что мой спутник огорчен, что, впрочем, не сказалось на его шаге.
По узкой дорожке мы достигли дверей той самой Школы, о которой говорил Таргор. Школьники — а они были разных возрастов, но не старше Сатти — при виде наследного принца преклоняли головы и спешили по своим делам, вполголоса все как один повторяя «Ваше Великолепие». Может, лишь раз или два я услышала и «Светлейшая княгиня», но на этом поток жаждущих знаний иссяк, оставив нам на обозрение довольно крепенького старичка с редкой короткой бородой. Его бледно-серые волосы были схвачены сзади лентой и подвязаны головной повязкой, чтобы в неудачный момент не попасть в глаза. При виде такой прически у меня в груди сжалось от жалости — этот нелий уж точно был из «старой закалки», а она не признавала ухода от традиций, которая тут и нарушалась. Сам пик Родовой гордости не соблюдался — родовое плетение волос! Это было равносильно не просто бездомному, а вовсе оторванному от своих корней, от своей семьи, от своих предков. Лет-то этому мужчине я дала побольше, чем Дэйо, даже записав последнего в племянники или сыны.
— Я вижу, ты привёл с собой сегодня своих друзей, мальчик, — проговорил старик, взглянув на склонившего перед ним голову принца Таргора.
Я, услышав такое прозвище для наследника Империи, сильно удивилась, заподозрив, что вижу по меньшей мере отца Императора. Его голос, мягкий и шуршаший для такого возраста, грел и окутывая меня пуховым одеялом.
— Надеюсь, вы не слишком огорчились моим отсутствием на уроке, Учитель? — не менее мягко осведомился молодой мужчина, получив в ответ ещё более ласковую улыбку.
— Нет, что ты! Напротив, я думаю, что тебе было бы скучно слушать одно и то же раз этак на шестой. Повторять, конечно, полезно, но не слишком стоит усердствовать, — старичок хихикнул, сжав на животе руки.
— Учитель, разрешите воспользоваться вашим рабочим столом! — перешёл к делу принц, с улыбкой взглянув на меня. — Светлейшая княгиня хорошо знакома с вашей наукой, но практика ей всё равно в радость.
Я, уже было мысленно фыркнула на «хорошо знакомую» против недавнего «мастера», как вдруг встретила взгляд выцветших серо-голубых глаз старого нелия, и это вытряхнуло недовольство из головы.
— Буду рад сам взглянуть на работу Светлейшей. Идемте внутрь, — мужчина опустил глаза, жестом приглашая в помещение, и отворил двери, входя первым. Мы же — по крайней мере, трое из нас, если не считать кронпринца, ступили на порог в ожидание маленького чуда.
И то не заставило себя ждать — первая же зала, предназначенная не только для обучения настоящему приготовлению зелий и снадобий, была оборудована — по мне — в средневековом стиле — целые стеллажи с полочками, забитыми разными баночками, книгами и свитками, громадный стол с виде широкой дуги, заставленный чем-то похожим на спиртовки и перегонные кубы, ступки, пузырьки, целые наборы тончайших ножей и пинцетов, игл и скляночек. При таком разнообразии подручных средств я только довольно усмехнулась, лишь под конец обозрения приметив в углу комнаты журчащий фонтан чистой воды в мой рост.
— Да на это молиться надо чтобы ничего не испортить, — выдохнул Хальвадор, приоткрыв рот удивления.
— Боюсь, часовню ты пропустил, мальчик, — пожал плечами старичок, видимо, довольный произведенным эффектом. Я лишний раз про себя отметила, что нелий одинаково смотрит как на принца, так и на юного князя. — Рабочий стол в Вашем распоряжении, княгиня… и, наверное, будет не совсем верно спросить не желает ли тут кто-нибудь чаю? Честно — все безопасно для здоровья и жизни!
