- Идите через задние двери. Не надо этого делать. Я открыл магазин сзади.
Толпа предпочитает прорваться, вломиться. Люди бьются в двери с надписями ВХОД и ВЫХОД и ЕЖЕДНЕВНО НИЗКИЕ ЦЕНЫ. Двери сначала держатся, а потом распахиваются под давлением общего веса толпы. Первых посетителей размазывает по дверям, они получают ранения: у двух поломанные ребра, у одного вывихнута шея, двое с поломанными руками.
Тоби Велан хотел было вновь поднять к губам мегафон, но потом просто положил его, чрезвычайно осторожно, на капот автомобиля, в котором он сюда приехал вместе с Рупертом. Поднимает свою кепку ЗАМЕСТИТЕЛЯ, стряхивает с нее пыль, одевает на голову. Они с Рупом отправляются к дверям, потом останавливаются, беспомощные. К ним присоединяются Линда и Марти Арсенолт. Линда видит Марту и подводит ее к маленькой компании полицейских.
- Что случилось? - спрашивает с вытаращенными глазами Марта. - Меня кто-то ударил? У меня так печет лицо, тут, сбоку. А кто присматривает за Джуди и Дженнилл?
- Твоя сестра взяла их сегодня утром, - говорит Линда, обнимая ее. - Не волнуйся.
- Кора?
- Вэнди.
Кора, старшая сестра Марты, уже много лет живет далеко, в Сиэтле. Линда переживает: неужели у Марты сотрясение мозга? Надо, чтобы доктор Гаскелл ее осмотрел, но тут же вспоминает, что Гаскелл сейчас лежит или в госпитальном морге, или в похоронном салоне Бови. Теперь остался один Расти, и сегодня у него будет очень много работы.
Картер волочит Джорджию к машине №2. Она все еще выдает эти жуткие лосячьи вопли. К Мэлу Ширлзу вернулось какое-то мутное подобие сознания. Фрэнки ведет его в сторону Линды, Марты, Тоби и остальных копов. Мэл старается поднять голову, и вновь склоняет ее на грудь. Из разбитого лба у него сочится кровь, уже вся рубашка промокла.
Люди потоком вливаются в маркет. Мчатся вдоль полок, толкая перед собой тележки или хватая корзины со штабеля рядом с витриной с древесным углем (УСТРОЙТЕ СЕБЕ ОСЕННИЙ ПИКНИК! - призывает надпись). Мануэль Ортэга, рабочий Динсмора, и его добрый друг Дэйв Даглас сразу направляются к кассам и начинают лупить по кнопкам АННУЛЯЦИЯ, хватают деньги, запихивают себе в карманы и при этом хохочут, словно идиоты.
В супермаркете уже полно народа; как в Черную Пятницу. В отделе замороженных продуктов две женщины сцепились за последний лимонный торт «Пепперидж Фарм»[275]. В деликатесах один мужчина бьет другого польской колбасой, призывая его оставить и другим людям хоть что-нибудь из мясного товара. Мясолюбивый клиент оборачивается и бьет обладателя колбасы прямо в нос. Вскоре они уже катаются на полу, мелькают кулаки.
Ссоры повсюду, и они распространяются. Ренс Конрой, владелец и единственный работник сервисно - снабжающего бизнеса «Западный Мэн. Электрооборудование» (лозунг: «Улыбка - наша специальность») отпихивает пенсионера Брендана Эллерби, бывшего преподавателя физики Мэнского университета, когда физик едва не успевает раньше него схватить последний большой пакет сахара. Эллерби падает наземь, но десятифунтовый пакет Домино[276] из рук не выпускает, а когда Конрой наклоняется к нему, Эллерби с восклицанием «Вот тебе, сладенького!» бьет ему пакетом в лицо. Пакет трескается, словно от взрыва, укрывая Ренса Конроя белой тучей. Электрик бьется спиной об ряд полок с лицом белым, как у мима, и визжит: «Я ничего не вижу; я ослеп!» Карла Венциано с ребенком, который, сидя в наплечнике, хлопает глазками над маменькиным плечом, отпихивает Генриетту Клевард от витрины с рисом «Тексмати»[277]. Маленький Стивен любит рис, он также любит играться с пустыми пластиковыми баночками, и Карла желает затариться сполна. Генриетта, которой в январе исполнилось восемьдесят четыре, падает на тот костлявый твердый узелок, на месте которого у нее когда-то была жопа. Лисса Джеймисон отпихивает со своего пути владельца салона «Тойота» Уилла Фримэна, чтобы успеть выхватить последнего цыпленка из морозильной витрины. А хера, цыпленка хватает какая-то юная девушка в майке с надписью НЕИСТОВСТВО ПАНКОВ и, весело показав Лиссе пирсингованный язык, вприпрыжку скачет прочь.
Где-то осыпается стекло, на этот звук откликается радостный хор голосов, большей частью мужских (но не только). Это проломили холодильник с пивом. Немало клиентов - наверное, они все-таки надумали УСТРОИТЬ СЕБЕ ОСЕННИЙ ПИКНИК - пускаются в том направлении. Вместо От-кры-вай, звучит новая мантра: Пи-во! Пи-во!
Другие господа делают рейды к кладовке в подвале и назад. В скором времени уже и мужчины, и женщины затарились вином: у кого бутылка, а у кого-то и ящик. Кое-кто двигается, поставив картонные коробки с винными бутылками себе на голову, словно носители-аборигены в каком-то давнем голливудском кино.
Джулия, в уже посеченных осколками стекла чулках, снимает, и снимает, и снимает.
