– Какого черта ты делаешь? Прошлой ночью ты вернулась наполовину пьяная после свидания с капитаном, а сегодня трахаешься с геем? Какого черта? Ты должна быть фригидной и думать о самоубийстве, а не быть шлюхой, как какая-то Мата Хари!
Кристиан прищурился, глядя на женщину, но Кэролин встала перед ним. Когда Кристиан посмотрел в ее сторону, Кэролин предупреждающе нахмурилась. Она узнала его сосредоточенный взгляд прошлой ночью. Он собирался взять под контроль Бетани и отослать ее, как тогда, но в этом не было необходимости. Она справится. Она не позволит контролировать своих друзей. Кэролин подождала, пока Кристиан кивнет и расслабится, а затем подняла его футболку.
– Кристиан – не гей. Очевидно, – многозначительно сказала она, натягивая футболку. – И я – не шлюха. Я не спала с Джеком, – и, уперев руки в бока, добавила: – И это ты все время твердишь, что я должна завести интрижку, так что ...
Она остановилась внезапно, а затем рявкнула: – Фригидная? Кто, черт возьми, сказал тебе, что я фригидна?
– Никто, – пробормотала Бетани, хмуро глядя на нее.
Кэролин молча смотрела на нее. Она никогда не рассказывала Бет о своем браке и знала, что Джини не стала бы этого делать. Что ж остался… Это был Роберт, не так ли?
Когда Бетани отвела взгляд, Кэролин нахмурилась и добавила, повысив голос: – И что ты имеешь в виду, говоря, что я – самоубийца?
– Она пыталась довести тебя до самоубийства, – тихо сказал Кристиан.
– Что? – Кэролин с удивлением посмотрела в его сторону.
Его взгляд был прикован к Бет. Она поняла, что он читает ее мысли, но, наверное, ошибается.
– Это неправда, – тут же возразила Бетани, но Кристиан продолжал: – Она привезла тебя сюда в надежде, что молодожены в разгар развода только усугубят твою депрессию, которая мучает тебя с тех пор, как распался твой брак. А затем она притворилась больной, чтобы убедиться, что ты будешь одинока, чтобы ты ощутила себя несчастной неудачницей.
– Это ... это нелепо, – пробормотала Бетани.
– Она пичкает тебя лекарствами от диабета в бутилированной воде, чтобы ты почувствовала себя больной и усугубила свои неприятности. Хотя она бы не возражала, если бы ты попала в аварию, чувствуя себя плохо и дезориентировано. Она даже испортила несколько твоих туфель, чтобы помочь тебе в этом.
– Откуда ты знаешь, это? – спросила Бет, бледная и дрожащая от ужаса.
Кэролин почувствовала, как внутри у нее все начинает гореть. – Серьезно, Бет?
– Я…
Бетани покачала головой, смущение и ужас отразились на ее лице, а затем гнев захлестнул все остальное, и она закричала: – А чего ты ожидала? Ты превратила жизнь Роберта в ад на протяжении десяти лет, а теперь пытаешься забрать все его состояние? Ты просто маленькая фригидная золотоискательница, а он ...
– Я – Gold-digger? – недоверчиво спросила Кэролин. – Как я могу быть ей, если все деньги мои?
– О, не надо мне этого дерьма, – прорычала Бет. – В университете ты была бедна, как церковная мышь. Кроме того, Роберт мне все рассказал. Как ты отказывала ему в сексе и выгнала его из своей постели. Как ты тратила его наследство, как будто это была вода, и пытаешься сейчас его обчистить. Мы собираемся пожениться, как только закончится ваш развод, но ты продолжаешь тянуть время, пытаясь выжать из него больше денег с этим твоим модным адвокатом.
Когда Бетани закончила, Кэролин дрожала с головы до ног, но успокоилась, почувствовав руку Кристиана на своей ноге. Она прислонилась к его ногам и тихо спросила Бетани: – Как долго?
– Как давно что? – обиженно спросила Бетани.
– Как давно ты спишь с Робертом?
– Мы полюбили друг друга, когда ты наняла меня продать первый дом. Но мы не любовники. Он отказывается быть неверным.
– За исключением дюжины женщин, с которыми я его застукала, и тех с кем нет – сухо заметила Кэролин.
– Это ложь. Он всегда был верен тебе, несмотря на то, что ты этого не заслуживала, потому что не спала с ним.
– Хорошо, – устало сказала Кэролин. – А чья это была идея избавиться от меня на Сент-Люсии?
– Он... Я ...
Бетани вспыхнула и побледнела, и Кристиан ответил за нее: – Его. Он предложил провести отпуск здесь и хотел, чтобы она убила тебя, но она не смогла заставить себя сделать это. Лучшее, что она могла сделать, это сделать тебя настолько несчастной, насколько это возможно, и надеяться, что ты убьешь себя сама. Лекарства от диабета – это было самое большее, на что она была готова, потому что думала, что они не только заставят тебя чувствовать себя плохо, но и более суицидально. С этим могла бы справиться и ее совесть.
Кэролин торжественно кивнула. Она посмотрела на мгновение в сторону Бет, а потом медленно сказала: – Значит, он так влюбил тебя в себя, что ты была готова убить за него.
– Нет. Я бы никогда никого не убила, – тут же запротестовала Бет с ужасом на лице.
– Не обманывай себя, Бет, доводя меня до самоубийства, ты убиваешь так же, как если бы накормила меня большой дозой наркотиков или вскрыла вены на запястьях, – холодно сказала Кэролин, затем взяла джинсы Кристиана и протянула ему, прежде чем повернуться, чтобы схватить телефон.
