Под маятником солнца полностью

Рядом со мной был брат. Стараясь не встречаться со мной взглядом, он опустился на колени.

– Тебе тоже следовало бы встать на колени, Кэтрин Хелстон, – сказала Бледная Королева, вновь обратив на нас внимание. – Твой брат научился. Вы находитесь в моих владениях.

– Правда?

Она лишь улыбнулась и задумчиво поскребла когтями горло. Затем наклонилась вперед и выжидающе посмотрела на меня.

Я опустилась на колени.

– Брат и сестра, бок о бок, – произнесла Бледная Королева, любуясь нами, словно портретом. Ее глаза глядели на нас оценивающе и с нескрываемым удовольствием. – Ближе, чем когда-либо. Хорошо, что вы наконец оставили дверь открытой для меня.

– О-открытой? – запинаясь, переспросила я.

– Да, одна дверь ведет в замок, а другая – ко мне. Как же еще я могу проникать в твои сны?

Я вспомнила до странного яркие сновидения о своем брате в объятиях Бледной Королевы и о том, как мы мчимся с ним через Аркадию.

– Так это были вы?

– Ты почему-то очень старалась держать ту дверь запертой. Что на самом деле совсем не весело, – она тяжело вздохнула. – И все-таки по правилам учтивости следовало бы поблагодарить меня за вновь обретенную близость. Или вам не понравились мои уловки?

– Ваши уловки? – сказал Лаон. – Вы имеете в виду…

– Свой великий план, – она взмахнула в сторону часового механизма, обрамлявшего ее трон. – Грехи, которые я привела в движение, дар, который я вам преподнесла. Не вызови я вас в Аркадию, увидели бы вы подобные чудеса? Не посели я вас в своем собственном доме, переделанном для вашего удовольствия, осознали бы вы свою любовь?

– Так все это вы… – пробормотал Лаон. В нем почти не осталось неповиновения, лишь мрачное отчаяние.

– Я оплатила твою поездку, Кэти, и договорилась о встрече с мисс Давенпорт. Я солгала ей и позволила сделать поспешные выводы. В конце концов, нет лучшей приманки для ловли птицы, чем другая птица. И не запрети я читать дневники Роша, прочла бы ты их? Я сделала их запретным плодом, и от этого они стали только заманчивей. Я разожгла в тебе еще большее любопытство.

– Но зачем? – кулаки Лаона сжались, и в нем промелькнула страсть, которую я так любила.

Хотелось его утешить, но я вспомнила правду и ощутила горечь:

– Вам доставляет удовольствие нас мучить?

– Неужели это действительно было мучением? – Бледная Королева запрокинула голову и разразилась долгим звонким смехом. – Разве вы не должны меня поблагодарить? Тебя никогда не станут презирать и не заменят его ребром. – Она выдавила слово «ребро» почти презрительно. – Я дала вам новый Эдем, новый сад. Ваша любовь может стать совершенной.

Я прикусила язык и кивнула, не желая гневить злорадствующую королеву.

– Ты уже давно подал прошение. – Она широко и снисходительно улыбнулась. – Все еще хочешь попасть в самое сердце Эльфана, Лаон Хелстон?

Он колебался. Затем посмотрел на меня, и в его глазах появилось чувство вины.

– Я все еще хочу этого.

– Очень хорошо.

Бледная Королева повернулась ко мне и со слишком широкой улыбкой – так улыбаются, когда единолично владеют какой-нибудь тайной, – произнесла:

– Я дарую тебе свою защиту в пределах Аркадии. Ничему из того, что может видеть свет маятникового солнца, ничему из того, что оно может озарить, не дано повредить тебе и твоим близким, Кэтрин Хелстон. Клянусь несущим свет и связываю это с твоей кровью.

Когда я проснулась, стояли туманные сумерки. Лаона рядом не было, и я, почти сразу почувствовав, что хочу его, отправилась на поиски.

С фонарем в руке я брела по замку, цепенея от новых знаний. Я человек. Я влюблена в своего брата. Я в аду.

И одной из этих мыслей хватило бы, чтобы меня сломать, но я все еще держалась.

Каменные арки и сводчатые потолки Гефсимании выглядели привычно. Рош не мог об этом знать, но имя, которое он дал этому месту, оказалось пророческим. Хотя, возможно, он действительно думал о себе как о Христе, который обращался в саду к своему отцу и умолял пронести мимо горькую чашу. Последнее прибежище перед концом.