— Мы уходим, — шипит он. Дэвид тащит меня к входной двери, его пальцы впиваются в кожу. Я едва поспеваю за ним на тонких каблуках. Дэвид вылетает в дверь, захлопывает её и, наконец, отпускает меня. Я потираю от боли то место, куда впивались его пальцы. Я не видела его таким раньше, и мне страшно. Я не знаю, что делать, но отчаянно хочу помочь. Дэвид подходит к мерседесу. Он проводит рукой по волосам, взлохмачивая пряди. И с невероятной силой бьёт руками по капоту, от чего я подпрыгиваю.
Неуверенная, как поступить, я подхожу к нему ближе. Он вздыхает, и роняет голову в знак поражения. Я осторожно кладу ладонь на его руку.
— Дэвид, ты в порядке? — произнеся это, понимаю, что сказала не то. Конечно же, он не в порядке.
— Они держат меня за идиота, сука! — Я дёргаюсь и отстраняюсь, словно обжегшись. Он никогда не выражался при мне. Я его не узнаю. Этот Дэвид рычит как зверь. — Поехали отсюда. — Дэвид подходит к водительской стороне и открывает дверцу. Он садится в машину и хлопает дверью со всей силы. Я быстро сажусь на пассажирское сиденье и тихо закрываю дверь. Почему-то мне кажется, что моя нежность успокоит его ярость.
— Мне так жаль, — нескладно говорю я.
— Если хочешь встречаться со мной, придётся научиться вести себя подобающе. — От внезапного осуждения я моментально теряю дар речи.
— Я… Ты хочешь, чтобы я изменилась? — заикаюсь я.
— Нет, не нужно меняться, Каролина, — резко произносит он. Я вжимаюсь в дверь. — Ты должна научиться вести себя как леди. Не так уж и сложно.
— Дело в том, что сказала твоя мама? — Я стыдливо опускаю взгляд на руки, сложенные на коленях. Дэвид заводит мотор и так резко выезжает со двора, что я ударяюсь плечом о дверь. Я неуклюже пристёгиваю ремень безопасности.
— Оставь это мне, — бросает он. — Не слушай, что говорят эти придурки. Они считают себя такими умными. Однажды я буду вести их бизнес, и вот как они со мной обращаются? Охренеть. — То, как естественно он вставляет в речь ругательства, заставляет меня задуматься, всегда ли он так разговаривает, когда меня нет рядом. Злость Дэвида, должно быть, связана с семейной историей, свидетельницей которой я стала впервые.
Я вспоминаю слова Чэндлера об ошибках Дэвида на работе. Мне всегда казалось, что у Дэвида с бизнесом всё отлично. Вероятно дело в соперничестве между братьями.
Гнетущая тишина воцаряется в машине, когда Дэвид выезжает на дорогу.
— Мы поедем к тебе?
— Не сегодня, — кисло произносит Дэвид с хмурым выражением лица.
— Ты расстроен. Позволь поднять тебе настроение. — Я нагло кладу руку ему на бедро. Под дорогой тканью брюк от Армани бедренные мышцы напряжены. Я сжимаю пальцы, надеясь вызвать реакцию Дэвида.
К моему сожалению, он скидывает мою руку со своей ноги и возвращает мне на колено.
— Мне нужно побыть одному, Каролина. — Переубеждать бесполезно, но его слова беспокоят меня.
Дэвид бросает беглый взгляд через плечо, затем перестраивает машину в правый ряд.
— Если ты этого хочешь…
— Хочу, — подтверждает он, тормозя перед пятиэтажным домом, где живём мы с Дорой.
Внезапно в горле встаёт ком, а на глаза наворачиваются слёзы. Какой ужасный вечер. Я нажимаю на ручку двери, собираясь выйти. Это не тот мужчина, который ухаживает за мной.
— Постой.
Моё сердце снова начинает трепетать. Я оборачиваюсь к нему. В его глазах ещё бушует злость, но она направлена вовсе не на меня. Дэвид наклоняется, протягивая одну руку к моей шее. Второй он обхватывает меня за талию и притягивает ближе.
— Это не навсегда, Каролина. Преодолей со мной непростую часть. — Я чувствую горячее и тяжёлое дыхание Дэвида на лице. Он ловит мой взгляд, и я теряюсь в его глазах. От него исходит напор и уверенность. — Они не помешают нам. Обещаю, — улыбается он.
— Я не хочу, чтобы нам мешали быть вместе, — выдыхаю я.
Дэвид грубо притягивает меня к себе и впивается в губы. Он целует яростно, со всей злостью. Зубами цепляет мою нижнюю губу и кусает. Я отстраняюсь, затаив дыхание. Коснувшись кончиком пальца нижней губы, я ощущаю влагу. На пальце кровь. Я смотрю на Дэвида, который наблюдает за мной с тенью улыбки впервые за вечер. Наслаждение разгорается во мне, когда он сжимает пальцы на шее. У меня смешанные чувства. Ещё ни разу, когда у нас с Дэвидом была близость, он не показывал страсти к боли.
Понятия не имею, что и думать об этой новой стороне Дэвида.
— Жёстко, — наконец, говорю я, слизывая языком капельки крови.
Дэвид наклоняется и обхватывает кончик моего пальца губами. Он слизывает каплю крови, глаза темнеют от желания.
— На вкус ты лучше, чем всё, что когда-либо готовила Миранда. — Моё беспокойство исчезает. По правде сказать, меня тянет к нему. — Иди, сокровище моё. Я позвоню завтра. — По крайней мере, он всё ещё зовёт меня сокровищем. Это хороший знак.
— Спокойной ночи, Дэвид. — Я сжимаю его предплечье, когда он отпускает меня, затем вылезаю из машины, оказываясь на приятном вечернем воздухе. И только на полпути к подъезду я понимаю, что Дэвид не открыл мне дверь, нарушив свои рыцарские правила. Ну что ж. Ночка выдалась ещё та.
