Покои королевы представляли собой дворец во дворце, отделенный от основного здания большим прямоугольным внутренним двором с пальмами, на ветвях которых, щебеча, сидели попугаи, скворцы и другие птицы. Сад был полон ярких цветов; среди них бродили павлины. Тут был бассейн размером с небольшое озеро, в котором было установлено множество фонтанов, а посредине возвышалось святилище, которое отражалось в покрывавшейся рябью воде. Этот внутренний двор отличался от того, в который Сита забрела в судьбоносный день, когда встретила обоих принцев.
Комнаты королевы были еще более шикарными, чем те, что Сита видела прежде. Они были до потолка увешаны гобеленами и картинами; их переполняли зеркальные ширмы, статуи и фонтаны. Королеве явно нравилось коллекционировать красивые и дорогие предметы старины.
Сита и принцы остановились в самом большом из залов, в которых девушке довелось бывать. Она подумала, что это помещение не меньше теннисного корта. Здесь было еще больше гобеленов и настенных украшений, диванов и кресел (сработанных не менее искусно, чем троны), отделенных перегородками уголков с письменными столами. На окнах были витражи, а за расписной ширмой стояла великолепная кровать с шелковым покрывалом.
Королева полулежала, обложившись подушками, на одном из диванов. Она была очень бледна. Ее окружали служанки: одна массировала королеве ноги, другая обмахивала ее лицо веером, сделанным из перьев павлина; бирюзовые и темно-синие глаза на них, казалось, с пониманием глядели на Ситу.
Веки королевы были опущены, однако, заслышав шаги, она открыла глаза. При виде сыновей ее нижняя губа задрожала. Глаза королевы опухли и были полны слез. Вокруг них залегли темные круги. Заметив Ситу, женщина вжалась в спинку дивана.
– Что она здесь делает?
Палец королевы, дрожавший точно так же, как и ее голос, указал на девушку.
– Надеюсь, ты не Сита?
Джайдип в смятении уставился на мать. Всего за один день муж Ситы стал выглядеть старше. Его лицо казалось вялым и изможденным. Он словно постарел от потери, печали и усталости.
Служанки отвели глаза.
– Она твоя невестка.
– Она не принесла нам ничего, кроме неудачи.
Печальные глаза королевы уставились на Ситу, и девушка увидела, что это глаза змеи – маленькие, цепкие и полные яда.
– Ма, ты говоришь о моей жене.
Джайдип обнял Ситу, словно хотел ее защитить.
Инстинкты девушки приказывали ей отстраниться. «Мне не нужна защита, – хотелось сказать ей. – Спасибо, я сама могу за себя постоять».
– Ее появление на свет было ознаменовано разрушением, когда буря уничтожила часть ее дома, – сказала королева. – Я предупреждала твоего отца, но он меня не послушал. Он настоял на этом браке, и в тот момент, когда эта девушка стала частью нашей семьи, мы его потеряли. – Королева печально посмотрела на Джайдипа и добавила мягче: – Она проклята, сын. И должна уйти.
Служанки притворились глухонемыми, однако принц Правин внезапно оживился. Его бледное лицо, всего несколько мгновений назад казавшееся таким растерянным, что Сите стало его жаль, изменилось. Казалось, Правин ожил и даже раздулся.
– М… ма, о чем ты говоришь? Сита – моя жена, – ответил Джайдип. – Отец благословил ее. Он был счастлив, что она стала членом нашей семьи.
– Он попал под влияние ее чар. Ее красота подобна отраве, сын мой: она застит взгляд, мешая увидеть то, что находится внутри.
– Ма! – От досады и злости голос Джайдипа стал громче.
– Еще не поздно, сын. Ты можешь…
– Никогда. Горе заставляет тебя говорить то, чего ты не думаешь на самом деле.
Джайдип сильнее сжал руку жены.
«Все она думает», – подумала Сита.
«Ты пошла по неверному пути, женщина, – добавила она, мысленно обращаясь к королеве. – Ты полагаешь, что, обвиняя меня, сможешь переманить сына на свою сторону. Но ты ошибаешься. Я смогу с тобой справиться, уж поверь. Но я промолчу, ведь это ты ко мне несправедлива, а не наоборот. Ты могла бы действовать гораздо тоньше, однако предпочла вслух объявить о своей ненависти ко мне, заставив сына выбирать. Ему придется встать на сторону одной из нас, и его это не обрадует. Со временем он тебя возненавидит (если это уже не произошло) за твои попытки разрушить наш брак».
– Она пришла в этот дом, и в тот же день мы потеряли твоего отца. – Королева закрыла глаза, и по ее щекам потекли две крупные слезы. – Зачем она здесь? Почему мешает нам горевать? Я хочу побыть несколько минут наедине со своими сыновьями, прежде чем начнутся похоронные ритуалы.
Джайдип посмотрел сначала на мать, а затем на Ситу. В его глазах была мольба. Девушка видела, что он разрывается на части. Ее добрый муж не знал, как поступить, столкнувшись с женским коварством.
Сита сжала руку, которой он обнимал ее за плечи. А затем выскользнула из его объятий. Джайдип благодарно улыбнулся ей.
– Увидимся позже, – сказала Сита мужу.
Ее свекровь, все еще королева (но ненадолго), открыла глаза и взглянула на Ситу. Девушка увидела, что они блеснули.
Сита твердо встретила этот взгляд, надеясь, что королева прочтет ее мысли.
