Кстати! У меня для вас кое-что есть. – Марк открыл свой рюкзак и вытащил оттуда две книги в защитных пластиковых конвертах. Положил их на стол. – Можете их взять. Но, пожалуйста, пожалуйста, храните их как зеницу ока. Их потеря будет просто невосполнима! Вы ведь видели цены в Интернете, а эти, кроме всего прочего, принадлежали моему отцу.
– Конечно. Я верну их, перед тем как поеду домой.
Себ посмотрел на обложки. Сочные, как будто написанные масляными красками, картинки. Первый сборник – «Утонуть в темной комнате. Воскреснуть в белом свете». Изображение призрака, отлетающего от кровати, на которой лежит женщина, кажется, что она в ужасе кричит. У второго, «Препятствия на Пути», имелся подзаголовок: «17 леденящих кровь рассказов о сверхъестественных ужасах». Себ прочел его без тени иронии. На обложке была изображена черная рука с длинными пальцами-когтями, тянущаяся из-за двери. Все это заливал мерцающий призрачный свет.
Марк усмехнулся:
– Да, полная безвкусица, знаю. Но это дань тому времени. Знаете ли, Хаззард ненавидел жанр ужасов. Он считал, что подобная литература дает ложное представление о его идеях, искажает их. Тогда чего ради он писал эту вторую книгу?
Марк поставил на стол коробку с пятью старыми кассетами и достал из рюкзака магнитофон.
– Вот записи Лизы, лучшие. Завтра я оцифрую интервью с двумя другими, и вы сможете взять их с собой. Как долго вы планируете пробыть здесь?
– Я начну работать над этим сразу после обеда. Завтра у меня будет целый день, поэтому надеюсь закончить к вечеру. В семь у меня заказан обратный билет, до отъезда я вам все верну.
Марк кивнул.
– Я заскочу и заберу все. Неплохая комната, между прочим, – добавил он, как будто только что увидел, где находился.
В его рюкзаке было что-то еще. Сквозь неплотно затянутые завязки Себ разглядел обложку одной из своих книг – «Захваченный». Марк перехватил его взгляд.
– Надеюсь, не покажусь вам чересчур наглым, если попрошу у вас автограф?
Себ улыбнулся:
– Буду рад выполнить вашу просьбу. А теперь приглашаю вас на обед.
За столиком ресторана, почувствовав легкое головокружение от первой бутылки вина, Себ осторожно пролистал первую книгу Хаззарда: «Утонуть в темной комнате. Воскреснуть в белом свете». Он прочитал эпиграф: «Ни случайного рая, ни случайного ада человек не получит… – Теннисон». Затем просмотрел содержание:
Он ничего из этого не читал.
– В этой книге больше мистики, чем ужасов, – пояснил Марк, активно поглощая стейк и картофель в мундире. – В предисловии он сообщает, что истории были «созданы силой более могущественной, чем прячется в моем пере». Он всегда любил покрасоваться. Я называю это «хаззардизм». Но как писателя жанра ужасов, я думаю, вас больше заинтересует второй сборник. «Препятствия» – очень мрачная книга. Здесь мистика постепенно переходит в физические, а затем и в спиритические формы ужаса, она охватывает оба периода, в течение которых были написаны эти книги, а это около двадцати пяти лет.
К тому времени как официантка подошла предложить меню десертов, Себ уже снял защитную обложку со второй книги. Он заказал кофе. Марк – кофе и тирамису.
Как и рассказывал Марк, названия рассказов из «Препятствий на Пути» в корне отличались от тех, что были в первом томе. По своему тону и по тому, что вызвали некие смутные образы в памяти Себа.
Серые Земли.
Бросайся вниз.
Препятствия на Пути.
Река тьмы.
Беспокойная ночь.
Побег от зловещих сил.
Вторая смерть.
Неуверенность.
Марк заметил, что Себ изменился в лице.
– С тобой все в порядке, Себ?
Себ утвердительно кивнул и постарался ответить как можно более уклончиво:
– Воспоминания…
– О ком?
– О Юэне.
– О том парне, который умер. Мне бы не хотелось совать нос не в свое дело, но ты говорил, что он долгое время был у Хаззарда.
– Можно сказать и так.
– Он был писателем?
