В 17 часов Каримов докладывает, что команда собрана в кают-компании. В маленькой кают-компании очень тесно, часть людей стоит в коридоре. Внимательно оглядываю лица. Ведь это люди, с которыми нужно пройти почти 8000 миль при различной погоде и многих непредвиденных случайностях, которые предусмотреть сейчас невозможно. Среди лиц, уже виденных мною сегодня, есть и незнакомые. Вот высокий пожилой матрос с густой проседью в черных волосах и добрыми, спокойными карими глазами — это Быков, исполняющий обязанности повара, о нем мне рассказывал Каримов. А вот два моториста, это видно по их рукам. Один из них — средних лет, высокий и плотный — Костев, а второй, конечно, Олейник. Молодой черноволосый, среднего роста, с открытым лицом — он самый молодой на судне: ему 24 года.
Представляюсь команде и начинаю говорить о задачах перехода, о том, для чего нужен парусный флот в водах Дальнего Востока, о том доверии, которое оказано нам поручением проложить трассу переходов парусных судов. Рассказываю о славных традициях русского парусного флота, о необходимости следовать этим традициям. Напоминаю, что на нас, как на первое советское парусное судно, идущее в такой дальний путь, будет обращено очень большое внимание в иностранных портах и что мы должны высоко держать честь нашего флага.
Подчеркиваю, что необходимо отлично работать с парусами и содержать судно в образцовом порядке. Времени до выхода в море у нас осталось немного, и необходимо упорно работать и учиться. Как пример, которому нужно подражать в смысле скорости и четкости работы с парусами, привожу «Кальмар».
В конце сообщаю о том, что с завтрашнего утра парусные учения будут проводиться ежедневно, а свободное от учебы время будет занято судовыми работами. Закончив свое выступление, прошу задавать вопросы.
Небольшая пауза. Затем меня спрашивают о времени выхода, о маршруте, о том, как будем идти: под парусами или под мотором, где получим все недостающее и т. д. Чередуются вопросы и ответы, завязывается беседа, и мы долго обмениваемся мнениями. Потом, пожелав всем хорошего отдыха, я ухожу.
После ужина вдвоем с Александром Ивановичем Каримовым раскрепляем матросов по местам при работе с парусами. Судно нужно начинать готовить уже завтра, откладывать больше нельзя. Останавливаемся на кандидатуре боцмана. Рогалев для этой должности не подходит. Предлагаю назначить матроса Сергеева. Мне нравится его хозяйское отношение к судну. Кроме того, мне кажется, что у него твердый характер. Если такой человек захочет быть боцманом, то из него выйдет очень хороший руководитель палубной команды. Каримов соглашается. На этом считаем вопрос решенным.
От Каримова узнаю, что мой бывший пароход «Барнаул» стоит в Лиепае, и решаю завтра же побывать на нем. Может, удастся перевести кого-нибудь из матросов с «Барнаула» на «Коралл». Там я знаю всех людей, и ошибиться будет трудно.
Около полуночи Каримов уходит. Первый день на судне окончился. Впереди длинная череда дней и работа — большая, интересная и благодарная.
С утра следующего дня началась усиленная подготовка к походу. Ежедневно проводились парусные учения, начали поступать необходимые материалы и продовольствие. До позднего вечера шли судовые работы. Команда делала все возможное, чтобы окончательно привести судно в порядок и «обставить» «Кальмар», как выразился Сергеев.
После разговора с Каримовым я вызвал его к себе. Сергеев вошел настороженный и мрачный. За день до моего приезда он получил замечание от Каримова и, очевидно, решил, что сейчас последует разнос.
— На «Коралле» нужен хороший боцман, — обратился я к нему. — Мы с Александром Ивановичем считаем, что, если вы захотите, вы будете хорошим боцманом.
Сергеев с удивлением посмотрел на меня, как бы не веря тому, что слышит, затем опустил глаза, перевел дух и твердо сказал:
— Я буду хорошим боцманом.
— Ну, вот и хорошо, — ответил я. — План работ возьмите у Александра Ивановича. Приказ по судну будет отдан через десять минут. Можете идти.
К работе он приступил немедленно, и своим блестящим видом и образцовой дисциплиной «Коралл» впоследствии был немало обязан ему.
В течение дня мне удалось побывать на «Барнауле». Старший помощник, Александр Семенович Мельников, плававший на «Барнауле» еще вместе со мной, выразил желание перейти на «Коралл» и плавать со мной, как и прежде.
Вопрос о его переводе был решен очень быстро. Капитан «Барнаула» Владимир Петрович Зеньков также хотел плавать со своим прежним старпомом, который находился в этот момент в Лиепае, и не возражал против перехода Мельникова на «Коралл». Правда, Зеньков не дал мне ни одного матроса, но посоветовал обратиться к капитану парохода «Кильдин» нашего же министерства. «Кильдин» стоял в Лиепае на ремонте, и его капитан мог бы помочь мне в отношении матросов. После моего посещения «Кильдина» на «Коралл» прибыли два матроса — Ильинов и Гаврилов.
