Откровенные разговоры упрочили нежные узы дружбы между ними, и Юлия предложила подруге перейти на «ты». Теперь они сидели на скамейке во дворе миссии и наблюдали за детьми. Райнер с двумя чернокожими мальчиками бегал вокруг дерева. Ханни сидела на руках у Эрики и дремала. Юлия обратила внимание на то, как отстраненно вела себя Эрика по отношению к этому ребенку. И, конечно, она поняла: поскольку муж Эрики уже давно пропал без вести, Ханни не могла быть его ребенком. Однако Юлия поостереглась спрашивать об этом Эрику. Либо ее подруга сама когда-нибудь расскажет ей обо всем, либо это навсегда останется тайной. Юлия не хотела отягощать их недавно завязавшуюся дружбу неприятными вопросами.
— Самое плохое, что может случиться — это что ты вернешься назад с пустыми руками.
— Но если я поеду… ну, ты знаешь куда, — прошептала Эрика. Она избегала говорить в миссии о Батавии, потому что если Клара пронюхает о том, что она до сих пор вынашивает мысль об этом… — Может быть, я оттуда уже не вернусь. Мне ведь неизвестно, что там происходит.
— Ах, они же не могут удерживать тебя там силой! — Юлия, правда, мало что знала о Батавии, но, наверное, люди не могли зайти так далеко. — Эрика, это ведь лечебница, а не тюрьма!
— Именно поэтому. Если я снова вернусь оттуда в город и кто-нибудь узнает об этом, меня могут посадить в тюрьму, именно из страха, что я являюсь переносчицей болезни!
От такого аргумента не могла отмахнуться даже Юлия. Жители Парамарибо были стреляными воробьями. За последние годы в городе свирепствовало несколько эпидемий, от которых особенно пострадало белое население. Люди постоянно испытывали страх перед эпидемиями. Тот, кто добровольно отправлялся в лечебницу для прокаженных, был источником опасности, хотя никто точно не знал, как передается эта болезнь.
Юлии пришла в голову идея.
— Может быть, я смогу тебе помочь?
Эрика удивленно взглянул на нее:
— Ты?
Юлия пожала плечами:
— За последние недели я познакомилась почти со всеми капитанами здесь в порту. В конце концов, конечно, найдется человек, который командует кораблем, снабжающим Батавию.
В глазах Эрики появилась надежда.
— И ты думаешь, что я смогу сесть на этот корабль?
— Ну да, конечно. За деньги моряки готовы на многое.
Огонек надежды тут же погас.
— Деньги? У меня нет денег.
Юлия положила ладонь на руку подруги:
— Эрика, давай сначала выясним, сможем ли мы отыскать этого капитана, а дальше будет видно. А насчет денег не беспокойся, мы их найдем.
— Но я же не могу взять их у тебя!
Юлия отмахнулась:
— Насчет этого не беспокойся. Питер очень хорошо меня снабжает, и я буду рада, если эти деньги пойдут на благие цели.
То, что Юлия хочет отдать ей свои сбережения, Эрике знать было не обязательно.
— А что делать с Кларой? Если она услышит, что я…
Юлия перебила Эрику:
— Ты не должна ничего рассказывать Кларе. Можешь сказать ей, что хочешь побывать на плантации, на которой раньше работала.
Лицо Эрики окаменело.
— Нет! — громко воскликнула она.
В ее голосе отчетливо прозвучала паника.
— Эрика, успокойся! Ты ведь на самом деле поедешь не туда. Ты должна просто так сказать.
Эрика глубоко вздохнула и в конце концов кивнула.
— Но как быть с детьми?
— Я ведь тоже пока что тут. А поскольку Клара безумно любит детей, с этим проблем не будет.
Эрика все еще не могла решиться.
— А лечебница? Клара рассердится, если я уеду сейчас.
— Ах, она ведь и раньше руководила лечебницей в одиночку. Я надеюсь, что ты будешь отсутствовать не так уж долго, и думаю, что пробуду в городе еще несколько недель, до тех пор пока… Я тоже могла бы там помогать.
Юлия на самом деле уже почти не надеялась найти Жана. Может быть, хотя бы Эрике повезет. Но, как бы Юлия ни тосковала по своему ребенку, она не могла заставить себя отправиться в обратный путь в Розенбург. Этот шаг означал бы капитуляцию, и она не хотела его делать.
— У этого судна даже нет названия, — прошептала Эрика, когда они с Юлией подошли к маленькому паруснику, который, согласно имевшейся у Юлии информации, служил для поставки продовольствия в Батавию.
Парусник был пришвартован в самом дальнем углу порта.
Юлия могла понять удивление подруги. Ухоженным, как некоторые другие корабли, этот парусник не выглядел. Большие куски краски отвалились от деревянных бортов, а пестрые паруса свидетельствовали о том, что их много раз латали.
— Не знаю… — замешкалась Эрика.
— Ну, идем же, пока он не утонул.
Юлия подошла ближе к паруснику. На борту мулат с молотком в руке ремонтировал шаткую палубную надстройку. Юлия остановилась на причале и кашлянула. Однако крик вездесущих чаек и других морских птиц заглушил этот звук. Юлия посмотрела на Эрику и пожала плечами, а затем громко крикнула:
— Вы меня слышите?
Темнокожий человек удивленно повернулся к ней.
— Мы ищем капитана этого корабля.
Мужчина опустил молоток и подошел к поручням:
— Это я. Чем я могу вам помочь?
У Эрики был такой вид, словно она хотела сбежать отсюда. Юлия схватила ее за рукав и подтолкнула ближе к борту судна, чтобы той не пришлось напрягать голосовые связки. Ведь не каждый в порту должен был знать, что у них за дело.
