До прихода в епархию владыки Феофана церкви частенько задерживали взносы, ссылаясь на необходимость произвести ремонт или приобрести утварь, платили взносы не полностью. Владыка сумел поставить дело иначе. И началось это с первого знакомства с настоятелями.
Обычно священники являлись ко мне, и я вел их наверх, в покой владыки. Открывал дверь и смиренно произносил:
— Благословите, владыка!
Я пропускал вперед прибывшего, называл его имя и занимаемое место, и тот склонялся перед епископом в поясном поклоне.
Вместо приветствия вошедшему, владыка поворачивался ко мне и спрашивал:
— Сколько эта церковь должна?
Ответ я готовил заранее.
Тогда владыка говорил оторопевшему батюшке:
— Ну вот что, батюшка, бог вас благословит. Поезжайте-ка домой да привезите всю сумму задолженности сполна и еще за полгода вперед. Сделаете так, чтобы не вы, а мы были вам должны, тогда и поговорим с вами, познакомимся…
И отворачивался от вошедшего, давая понять, что никаких разговоров больше быть не может. Я уводил огорошенного батюшку вниз.
Через недельку или ранее того батюшка снова появлялся в канцелярии епархии, притихший, настороженный. Здоровался со мной и шепотом спрашивал:
— Примет ли?
Тем же тоном спрашивал его и я:
— А деньги привезли?
Настоятель кивал головой и делал попытку улыбнуться, но улыбка получалась какая-то кислая.
Я докладываю о пришедшем владыке, и тот говорит:
— Примите деньги, выпишите квитанцию, а тогда введите ко мне…
Потом мы с батюшкой поднимаемся наверх и входим в просторный кабинет епископа. Я кладу на стол книжку квитанций и пачку денег, и владыка радушно встречает посетителя, словно в первый раз видит.
Обласканный любезностью, батюшка, однако, рано начинает радоваться, ибо не пройдет и минуты, как епископ снова огорошит его:
— Вот вы, отец настоятель, погасили весь долг и уплатили взнос за четыре месяца вперед. Это весьма похвально. Значит, есть средства. По скольку вы платили до сих пор? Три с половиной тысячи в месяц? Маловато. С этого месяца будете платить по четыре с половиной…
Заметив, что настоятель делает попытку что-то возразить, владыка перебивает:
— Знаю, знаю, что трудно. Да и нам не легко. Молитесь, господь поможет…
И посетитель уходит от владыки снова расстроенный, смятенный.
Слух о крутом нраве епископа вскоре дошел и до дальних приходов. Священники не торопились знакомиться с владыкой до той поры, пока не погасят задолженности перед епархией. Однако восемь приходов, самые отдаленные, оставались должниками — в них долгое время не было священников.
Однажды из дальнего прихода недели за две до пасхи приехала делегация верующих — три пожилых женщины. Заглянув в книгу приходов, я установил, что взнос этой дальней церкви 200 рублей в месяц, а за четырнадцать месяцев, в которые отсутствовал священник, долг вырос до 2800 рублей.
Обо всем этом я доложил владыке. Он вышел в канцелярию сам, чтобы побеседовать с ходоками. Женщины наперебой стали просить его дать к пасхе священника.
— Ну вот что, — заявил он, — сначала погасите всю задолженность, а потом я вам дам священника…
На лицах женщин появилось выражение сосредоточенности, раздумья. Я же подумал про себя: откуда владыка возьмет священника? Их ведь не хватает на все приходы. Разве что за наказание переведет кого?
Одна из женщин, самая бойкая, спросила:
— За что же нам платить? Ведь службы почти полтора года не было.
Владыка посмотрел на нее сурово:
— А разве вы за службу платите? — У вас есть община, у общины есть церковь, которую она должна содержать. Вот и платите задолженность…
На том разговор и закончился. Ходоки подобрали свои котомки и отправились в обратный путь.
Не прошло и недели, как женщины вернулись, оживленные, радостные. Со мною поздоровались, как со старым знакомым. Стали рассказывать:
— Стали мы ходить по домам, собирать на церковь. Денег давали мало, все больше вещами, продуктами: кто меру зерна отсыплет, кто — картошки, кто — курицу вынесет, а кто скатерть… С таким добром к владыке не придешь. Собрали мы все это, да на толкучку вывезли. А там подумали, будто мы краденое продаем… Страху натерпелись! Но все обошлось, слава богу. Отпустили нас в милиции, только посмеялись над нами.
— А деньги привезли?
— Как же! Сполна. Да еще и на проезд хватило.
Я пересчитал привезенные деньги, сложил по купюрам, выписал квитанцию и направился к владыке.
Владыка принял деньги, расписался в квитанции.
— Скажите им, чтобы ехали домой. Как только будет свободный священник — пришлю.
— Вряд ли они поедут без священника, — осторожно заметил я. — Они намерены его увезти с собой…
Владыка недовольно поморщился.
— Идите…
Я сошел вниз и постарался, сохраняя суровый тон епископа, передать его слова ходокам. Какой тут поднялся шум.
— Подай-ка нам владыку.
— На что нам его квитанция?
— Нельзя нам без батюшки ворочаться…