— Штраф заставили Школе заплатить немалый, за оговор, получается. А еще ее повитуха из больницы расспросила, ну и видно та чего не то ляпнула… В общем, выгнали ее из Эранта, да и вообще, говорят, в города ей теперь ходу нет, вроде бы магическое на нее что-то наложили! Дом ее отдали молодой повитухе из деревни неподалеку, Тириша ее знает, так говорит, рука у той легкая, да и старательная она…
Лия расстроенно покачала головой:
— Ну вот, из-за меня такое… Оставили бы ее уж в покое…
Женщина нахмурилась и прикрикнула:
— Ты глупости-то не говори! Из-за нее это! А коли б Хания или дитенок померли? Да и что, кляузу ту ее неужто ты заставила написать?
— Нет, но…
— Но! Добрая ты, Лия, да только и про себя забывать не след! Коль кто замахнулся, бей в ответ, а то так и будут все обижать! Хочешь историю одну расскажу?
— Конечно!
— Знаешь, детка, я по молодости хороша собой была, сейчас-то уже и не скажешь…
— Очень даже скажешь, — улыбнувшись, запротестовала Лия. Несмотря на полноту, теа Лиссия до сих пор была привлекательной женщиной: веселое круглое лицо, большие глаза, чуть курносый нос, роскошная коса и грудь, на которой нередко останавливались мужские взгляды.
— Да ладно, чего уж там, — махнула рукой булочница, слегка покраснев, — в общем, ревновал мой мужик страшно! Однажды наговорили ему что-то, так он домой прилетел да заорал на меня. Ну я ему и ответила, так он руку на меня поднял…
— Тен Творн?! — поперхнулась булочкой девушка. Муж теи Лиссии буквально носил жену на руках, и что слышать такое было удивительно.
— Ага. Ну а я в ответ… что в руках держала, тем и приложила по дурной голове! А в руке была сковорода тяжелая да горячая…
Лия прыснула, представив эту картину. Теа Лиссия кивнула, улыбаясь:
— Да, вот так-то… Пришлось к Долеру за травками бежать да лечить оболтуса моего, зато после того ни разу не замахивался даже в шутку. Так что никому нельзя позволять себя обижать, а то безответным-то всякий гадость сделать норовит! А мужикам спускать в особенности нельзя! Ты девица молодая, пригожая, да в работе спорая, ох и любят таких они! Чего глазки прячешь, аль не замечала, как парни наши-то на тебя заглядываются?
Девушка замотала головой, краснея до кончиков ушей, булочница только вздохнула:
— Эх, мне бы твои годы! Хотя и верно, чего тебе на местных-то внимание обращать, тебе жениха себе из ренов искать надобно…
— Ой, скажете тоже! — отмахнулась Лия.
— А что? Нет, ну не из вельмож конечно, а из тех, кто попроще… Обычные-то городские для тебя уже просты больно, про деревенских и вообще не говорю! Вон, да хотя бы тот офицер, что к вам за зельями заживает, чем не хорош? А то, что некрасив да старше сильно, так то не беда…
Лия смутилась еще больше, внезапно поймав себя на мысли, что ей захотелось сказать, что не так уж он и некрасив, особенно когда открыто улыбается. Да только сказать это тее Лиссии — все равно что всему Эранту, так что она покачала головой:
— Он просто клиент. Да и не до мужчин мне сейчас, послезавтра уже учеба начинается. Пойду я, теа Лиссия, спасибо вам за булочки, они восхитительны!
— Забегай ко мне почаще, угощу еще чем-нибудь вкусненьким, а то Хании сейчас не до готовки.
— Спасибо, обязательно, — лучезарно улыбнулась ей девушка, вставая.
Идя в сторону Школы, она подумала: рен Коррис говорил, что его на полгода на восток отправляют, значит, уже через месяц вернется. И тут же отругала себя за то, что непозволительно много думает об этом мужчине…
Лия зашла во двор Школы и вздохнула. Так хорошо было здесь на каникулах! Тихо, спокойно… А теперь опять шум, гам и неразбериха: вернулись с каникул старшие курсы, бестолково суетятся первокурсники… Теа Фалина предлагала Лие переселиться ниже, но девушка отказалась: ее небольшая комнатка стала для нее домом, а возможность остаться в одиночестве и вовсе была бесценной.
— Теа Лия, прекрасный день, не так ли?
Мужской голос заставил ее на мгновение замереть, а затем повернуться и присесть в реверансе:
— Добрый день, рен Диар.
Выпрямившись, Лия посмотрела на Диара, разглядывавшего ее с явным удовольствием. Он улыбнулся:
— Вы стали еще красивее за эти месяцы, Лия. И это платье, — его взгляд одобрительно прошелся по ее фигуре, — вам очень к лицу. Надеюсь, вы обдумали мое предложение?
— Говоря честно, я предполагала, что вы передумаете, — откровенно призналась девушка, глядя на него. Всё же тот был очень хорош собой, а легкий загар просто невероятно шел ему, впрочем, как и синий камзол, подчеркивающий широкие плечи и цвет глаз, и узкие штаны, не скрывающие стройность ног.
— Вы считали меня настолько легкомысленным? — поднял бровь тот, — хотя, полагаю, я заслужил.
— Просто я до сих пор не понимаю, чем могла привлечь ваше внимание, — пожала плечами Лия, — а я ужасно не люблю чего-то не понимать.
