Повернувшись, Коррис увидел пожилого мужчину в традиционном наряде местного полноправного мага: синяя с золотом короткая мантия без рукавов поверх обычных на востоке широких штанов и кафтана. Дождь не касался его, видимо, тот защищал себя каким-то заклинанием. Маг склонил голову в поклоне:
— Приветствую вас, благородный рен. Могу ли я занять несколько минут вашего драгоценного внимания?
— Разумеется, светоч мудрости, — не менее церемонно ответил ему капитан, проклиная про себя цветистые местные обычаи, — позвольте мне пригласить вас в дом, ибо словам мудрости не должно внимать в небрежении.
— Благодарю, — ответил тот, снова склоняясь в поклоне, — я последую за вами.
Дом был похож на тот, что отряд Корриса обнаружил в Целиани, столь же явно нежилой. Зайдя в одну из комнат, капитан витиевато пригласил мага присесть и сам занял соседнее кресло. Некоторое время они оба молчали: согласно восточным традициям начавший важный разговор первым как бы ставил себя выше собеседника. Коррис рассматривал мага, стараясь, чтобы его внимание не могло быть признано невежливым.
Рен Лашианн был пожилым тучным мужчиной с седыми волосами и такой же седой бородой, но с неожиданно молодыми и ясными черными глазами в лучиках морщин. Сцепив унизанные перстнями холеные руки на животе, он изучал капитана, особо не скрываясь, а потом сделал замысловатый жест рукой. Коррис узнал этот знак: в том случае, когда оба собеседника были равны по положению, сделавший его предлагал другому начать разговор, не умаляя своего достоинства.
— Я готов с признательностью внимать вашим словам, светоч мудрости, — начал он.
— Я рад, что слышанное мною о вас оказалось истиной, благородный рен, — немедля отозвался маг, — вы едва ли не первый из жителей западных земель империи, кто с подлинным уважением относится к нашим традициям, рожденным вековой мудростью предков. Воистину, прозорлив был тот, кто направил вас в наши земли! И все же я вижу, что для вас тяжелы и непривычны речи, что мы приучены вести с младенчества, а посему согласен перейти на менее велеречивую и торопливую манеру общения людей Запада. Называйте меня реном Лашианном, я же буду звать вас реном Коррисом. И прежде всего я хочу узнать: вы ожидали увидеть картину, подобную той, что мы нашли во дворе этого дома, не так ли? И если да, то почему?
Коррис тяжело вздохнул и заговорил:
— Все это началось в Таресе, вернее, мой отряд столкнулся с этим именно там. Оказалось, что пропадали молодые девушки, причем не как ашан`ти…
Капитан рассказывал подробно, ничего не скрывая, и лицо мага довольно скоро утратило выражение безмятежности. Сейчас этот немолодой мужчина напоминал коршуна, а его пальцы вцепились в подлокотники кресла, точно когти птицы.
— Мы знали, чувствовали, что происходит нечто мерзкое, но такого и предположить не могли! — воскликнул маг, когда Коррис закончил свой рассказ, — но зачем кому бы то ни было творить такие ужасные вещи?
— Не знаю, рен Лашианн, — покачал головой Коррис, — я уже сталкивался с принесением людей в жертву… на алтаре Древних Богов…
— Кто-то хочет вернуть Древних?! — голос мага выдавал всю меру его потрясения.
— Не знаю, вернуть ли Древних, или лишь получить силу Их жреца, — вздохнул капитан, — именно поэтому я хочу попросить жрецов посмотреть на обнаруженные моим отрядом останки. Проверить и тела, и кости…
— Кости?! — лицо рена Лашианна смертельно побледнело, — могу я их увидеть?
— Да, разумеется, но что случилось?
— Сколько лет может быть этим костям?
— Не знаю, право… Может, лет двадцать или больше, я не умею определять возраст костей по их виду. Так что все-таки…
Маг перебил его, совершив нечто невозможное с точки зрения местного этикета:
— Позвольте мне сначала увидеть их, потом я все расскажу!
Коррис только кивнул и пригласил рена Лашианна последовать за ним. Подойдя к яме с костями, мужчина склонился над ней и вдруг отшатнулся с горестным стоном, а по лицу его потекли слезы, смешиваясь с льющейся с неба водой. Похоже, маг утратил контроль над заклинанием… Сделав шаг назад, он чуть не упал, поскользнувшись на глиняной осыпи, но Коррис удержал его.
— Вы что-то обнаружили? — тихо спросил он.
Рен Лашианн судорожно кивнул и тихо сказал:
— Примерно двадцать шесть лет назад — незадолго до начала войны с кшаси — пропал мой младший сын, ему было девять лет. Мы искали его везде, но безуспешно. А только что я нашел его в той яме… Моему мальчику даже не дали достойного огненного погребения…
— Но как вы можете быть уверены, что там именно он?
— В пять лет он сломал ногу. Целителей у нас не было, поэтому сломанную кость сложили и обмазали глиной, но она срослась неправильно. И вот ее я и увидел у одного из детских скелетов…
Коррис с искренним сочувствием посмотрел на мага. Жуткая история, двадцать пять лет ждать, надеяться на чудо, с каждым днем понимая, что надежда становится все более призрачной, и наконец распрощаться с ней навсегда… Как можно более мягко он произнес:
— Рен Лашианн, простите за совет, но вам стоило бы уехать отсюда и хорошенько напиться.
