— Хватит! — он стремительно шагнул ей навстречу, почти нависая над ней. Лия впервые за долгое время почувствовала себя маленькой и почти беззащитной, но постаралась достучаться до его разума:
— Диар, послушай…
— Нет, это ты меня послушай! Мне надоели твои уловки и увертки, ясно?
Не сдержавшись, девушка зло прошипела:
— Ты пьян, оставь меня в покое! — развернулась и сделала шаг назад, тут же вскрикнув от боли, когда он с силой рванул ее к себе за косу, швырнув спиной на колючие кусты, служившие естественной границей парковых дорожек.
— Что, не нравится? — оскал Диара был страшен, из глаз глянуло безумие, — а мне не нравится твоя ложь и притворство! И сейчас я получу, что хочу!
Лия замерла, не в силах двинуться. Словно в кошмарном сне, когда пытаешься убежать, а ноги вязнут в зыбучих песках… Лицо Диара исказила жестокая радость, он потянул ее к себе, наматывая косу на руку, а второй рукой пытаясь задрать ей юбку. Девушка рванулась — безуспешно, он держал крепко, словно насмехаясь над ее попытками вырваться, а руки связала невидимая веревка. Внезапно пришло понимание — он сильнее, ей не спастись… Слезы брызнули из глаз, и Лия прекратила сопротивляться, замерла на миг сломанной куклой… А затем с холодной, убийственной яростью направила свою магию на болевые точки насильника. Короткий укол — и он взвыл от боли, выпустив Лию и откинув назад голову, а его магия перестала спутывать ей руки. Девушка оттянула назад энергию — так рыболов свертывает сети, с порожденной отчаяньем силой хлестко ударила его по кадыку, а потом со всех ног припустила к общежитию.
Коррис вскинулся, выронив приказ о переводе, который он как раз читал. Что это было? Ужас, резкая боль, мгновенный липкий страх… Если бы он не был уверен в невозможности этого, то решил бы, что это магический всплеск, хотя и очень странный — такое бывает на пределе сил, особенно пока маг неопытный… Дернув уголком рта, он повел плечами, на которые словно легла каменная плита, и налил себе вина, пытаясь запить невесть откуда возникший металлический привкус во рту. Опустившись в кресло, он, сам того не осознавая, устремил невидящий взгляд в ту сторону, где за много дней пути отсюда находился Эрант.
Лия вбежала в здание, захлебываясь рыданиями и почти ничего не видя полуослепшими от слез глазами. Наверное, именно поэтому он чуть не сбила с ног с идущую навстречу женщину, а когда та придержала ее за плечи — забилась выброшенной на берег рыбой.
— Лия, девочка, да что с тобой?! — голос теи Фалины не сразу дошел до ее сознания. Рыдая, она уцепилась за руки женщины, которая в ответ обняла ее и мягко сказала, — пойдем-ка ко мне, поговорим.
Женщина привела Лию в комнату и помогла ей сесть в кресло. Лия рыдала и рыдала, выплескивая весь свой страх и отвращение, а теа Фалина сидела рядом и гладила ее руки. Когда рыдания перешли в кашель и икоту, управляющая решительно поднялась и сказала:
— Так, все, идем со мной!
Проводив дрожащую девушку в крохотную ванную, она помогла ей умыться, а затем снова отвела в комнату, сурово приказала: «сиди здесь!» и вышла.
Лия обняла себя за плечи, не в силах унять дрожь: почему-то сейчас она совершенно не могла почувствовать своей магии, та ускользала от нее, словно угорь. В голове был сумбур, а еще девушка ощущала себя испачканной: жутко хотелось вымыться, и не просто вымыться, а отдраить себя жесткой щеткой почти до крови…
Теа Фалина вернулась через несколько минут, принеся с собой кувшин и чашки. Наполнив одну из них, она сначала протянула ее девушке, а потом, когда та не смогла ее удержать, поднесла чашку к ее губам и помогла выпить. Это оказался отвар ромашки, Лия сразу узнала знакомый запах, и постепенно девушка начала успокаиваться. Когда теа Фалина налила ей отвара вновь, Лия уже вполне смогла держать чашку сама, хотя ее по-прежнему била крупная дрожь.
— С-с-спасибо, теа Фалина, — наконец выговорила она все еще непослушными губами. Слова казались странными, казалось, она слышала многократное эхо каждого произнесенного звука. Но, несмотря на физическую немощь, разум постепенно начал возвращаться к ней.
— Расскажешь, что случилось? — мягко спросила женщина, — может, хоть советом помогу… Все ж я тут уже почитай тридцать лет работаю…
Лия кивнула, опустила глаза — почему-то говорить об этом ей было невыносимо стыдно — и тихо произнесла:
— Меня только что чуть не изнасиловали.
— Кто?! — в голосе женщины было что-то странное, так что Лия даже подняла голову.
— Диар дер Фалдон. И я не знаю, что мне делать, кому пожаловаться…
Теа Фалина изменилась в лице, оно стало жестким, в глазах появилась застарелая ненависть, а в голосе — неизбывная горечь:
