Лия прикрыла глаза и закусила губу, на миг давая волю эмоциям. Она чувствовала себя виноватой за такой резкий ответ, но так будет лучше. И не потому, что несколько месяцев назад Мирая отступилась от нее — девушка понимала, что ждать иного было невероятно самонадеянно, причина была в другом… Обдумывая замыслы директора, Лия поняла: стоит показать, что в Школе есть хоть один небезразличный ей человек, как того могут использовать против нее! Именно поэтому она отказалась от предложения Мираи, старалась не сталкиваться с теей Фалиной, ограничиваясь лишь краткими приветствиями. Впрочем, с теном Гираном подобная тактика не сработала: библиотекарь был слишком умен и легко догадался о мотивах девушки. Хотя он же и успокоил ее, сказав, что работники Школы намного более защищены от любых поползновений директора, чем ученики…
Пожалуй, толчком к принятию подобного решения явилось нападение на лавку тена Долера, что произошло неделю назад. Тогда Лия как раз пришла вовремя для того, чтобы увидеть, как двое, по виду небогатые ремесленники, связывают руки троице звероватого вида мужиков…
— Тен Долер, что здесь произошло? — потрясенно спросила Лия у бледного до синевы травника.
— Ох, Лия… — почти простонал тот, — не могу в себя прийти… Сидел себе в лавке, а эти ворвались и деньги потребовали, склянки побили, — он кивнул на десяток разбитых флаконов, — если бы не эти добрые люди…
Лия бросила на «добрых людей» оценивающий взгляд и предложила:
— Тен Долер, вам бы успокаивающего выпить да прилечь, а я в лавке пока побуду.
— Спасибо, девочка, пойду-ка я и впрямь прилягу, а то что-то совсем расклеился.
Как только шаги травника затихли, Лия повернулась к мужчинам и ледяным тоном спросила:
— Кто вы такие? Только не говорите, что обычные посетители! Тайная служба, так? И давно вы следите за домом тена Долера?
— С чего вы взяли… — начал было один из них.
Девушка невесело рассмеялась:
— Вас двое, их трое, и они на вид намного сильнее, однако победили вы. Значит, вы опытнее. К тому же я уже замечала, что за домом следят, и началось это после того, как тен Долер начал работать на армию. Так что вывод довольно прост.
— Это действительно так, теа Лия, — ответил старший из них, на глазах преображаясь: откуда-то появился проницательный взгляд, развернулись плечи, по губам скользнула легкая улыбка, — наши люди присматривают за некоторыми поставщиками армии, а уж за теми, кто делает зелья или оружие — в особенности.
Лия кивнула и улыбнулась:
— Что ж, так мне намного спокойнее. И думаю, тену Долеру вовсе необязательно знать о нашей беседе.
— Вы абсолютно правы, теа, — слегка склонил голову тот, — с вашего позволения, мы заберем эту падаль и откланяемся.
— Разумеется. Примите мою благодарность и пожелание удачи.
Лия тряхнула головой и вернулась в настоящее. Именно в тот день, глядя на бледного и растерянного травника, она и поняла, что ее легче всего заставить сделать что-либо дурное, пригрозив дорогим ей людям. И решила, что никому не стоит знать о том, что кто-то ей хоть чуточку небезразличен…
Травить ее прекратили примерно неделю назад. Впрочем, в последнее время ее и без того мало кто отваживался задеть, но именно в тот день в этой мерзкой истории была наконец поставлена точка. И не в последнюю очередь благодаря тому, от которого Лия этого совершенно не ожидала…
Это случилось на занятиях по физподготовке. Одна из стихийниц, рея Нирма, довольно сильный маг огня и воздуха, сказала какую-то пакость о Лие. В ответ девушка повернулась и смерила ее взглядом, который репетировала последнюю пару недель: снисходительным, словно перед ней было что-то ничтожное, и брезгливым одновременно. На Нирму это оказало неожиданно сильный эффект, возможно потому, что на единственную дочь одной из знатнейших семей Ронтара так никто и никогда не смотрел. Она покраснела, затем побледнела и только открыла рот, как в тишине раздались негромкие, но явно нарочитые аплодисменты. Нирма обернулась и застыла, увидев, кто именно аплодировал ее унижению. Видимо, этого от Диара не ожидал никто…
После того случая Лия не раз задумывалась о Диаре. Она прекрасно понимала, что им никогда не стать не только друзьями, но даже и приятелями: между ними всегда будет стоять не столько совершенная под влиянием дурмана попытка изнасилования, сколько его слова, сказанные на следующий день. И все же ей было его жаль: быть столь бесцеремонно использованным собственным отцом — это ужасно…
Ориан отложил в сторону донесение рена Корриса и задумался. Неожиданное возникновение в числе фигурантов дела Кейра дер Фалдона давало пищу массе новых предположений! А еще вставал вопрос: кто и с какой целью подчистил данные в обоих канцеляриях? Неужели братья дер Фалдон работали сообща? Или младший просто последовал примеру старшего после гибели того? Или за ними вообще стоит кто-то третий?
— Ваше Высочество, — в комнату зашел один из охранников принца, — простите, Вы велели сообщить… Его Высочество принц Эверн только что вернулся во дворец.
