— Неудивительно. А маги… Более трех десятков просто упали замертво, часть сбежали, предпочтя не вступать в бой с созданиями Древних, а примерно две сотни приняли бой. Но шансов у нас всё равно нет, похоже, на улицах Эранта сотни этих тварей! Как Кейру удалось собрать столько силы без жертвоприношений?
— Жертвоприношение было, да еще какое: отец, двое братьев, племянник, — несогласно качнул головой Коррис и выругался, когда перед их колонной возникли два десятка тириатов, — похоже, вы правы, шансов нет, если мы продержимся до утра, это будет чудо!
Принц глянул на темнеющее небо и кивнул.
— Арбалеты к бою, подпустить ближе! Внимание! Давай! — резкая команда заставила Корриса стряхнуть секундное оцепенение. Оглядев свой отряд, он негромко сказал:
— Ну что, друзья мои, повоюем?
Ответом ему были совершенно одинаковые волчьи усмешки.
Она влетела в комнату, точно дух мести, поневоле заставив сделать шаг назад стоявших в растерянности Владыку и его друзей. Молоденькая жрица, сопровождающая ее, всхлипнула:
— Простите, Верховная, я не смогла…
— Где моя внучка?! — прорычала рея Нассия, — что вы сделали с ней, проклятые интриганы?!
— Мы ничего не делали, — растерянно возразила Верховная и осеклась, получив в ответ яростный взгляд старшей из Эс'Шери.
— Тогда почему я чувствую ее боль и решимость, и как, Древние всех вас побери, это связано с Путями?!
— Откуда вы знаете? — властно спросил Владыка.
Та только поджала губы и вдруг вскрикнула, прижав ладони к ушам — резкий звук штопором вонзился в голову. Артефакт-накопитель едва слышно загудел, а рея Нассия всхлипнула, глядя на что-то поверх головы Владыки. Заметив ужас в ее глазах, Рессар развернулся и застыл, глядя на невероятную картину.
В нескольких локтях над полом возник голубой энергетический кокон, по поверхности которого пробегали крохотные молнии, а в коконе висела Лиасса. Распятая неведомой силой по рукам и ногам, точно бабочка, приколотая к бархату булавками, с запрокинутой головой и раззявленном в немом крике ртом. Рея Нассия бросилась к ней, но кокон отбросил ее, не позволив прикоснуться. Бросив яростный взгляд на застывшую Алиссу, женщина вновь повернулась к кокону и прошептала:
— Борись, милая, не сдавайся! Ты же сильная, ты Эс'Шери! Ты же сама говорила: раньше смерти сдаваться нельзя!
Лиасса еще раз оглядела то, что у нее получилось, и пожалела, что не может спросить Шассэра, все ли она правильно сделала. Похоже, да: находясь в этом странном месте, она точно знала, какой Путь куда ведет, и дорога из Карраса в Эрант стала намного короче. Она слегка поежилась, все здесь было так странно, взять хотя бы то, что она попросту зависла в воздухе… И Шассэр почему-то не смог последовать за ней… Кроме того, само это место совершенно не походило на тот мир Путей, что он описывал: кроме сетки дорог здесь не было вообще ничего! Не светило солнце, не было лугов, только серость, прочерченная черными линиями. Даже воздух здесь был словно мертвым…
Ну что, пора платить по счетам? Как и учил Шассэр, она медленно входила в транс, подобный целительскому, только теперь видела не свое тело… Точнее, ей показалось, что Пути и есть ее тело, осталось только дать им силу. Вздохнув и прошептав: „прощай, любимый!“, она сняла защиту…
Странная Сила закружилась вокруг, словно пытаясь пожрать, растворить ее в себе… Какое-то время она пребывала в непонятном безразличии, чувствуя, как распадается на части, а потом вдруг откуда-то из глубин ее существа поднялся гнев, неукротимый, точно лесной пожар. Умереть вот так, даже не попытавшись бороться? Ну уж нет! Шассэр говорил о боли? Пусть так, но это лучше, чем безропотно сложить руки, пока тебя… едят!
„Это моя душа, и если ты хочешь сожрать ее — попробуй сначала подчинить меня!“ — с вызовом обратилась она к неведомому нечто и тут же закричала от невероятной, невозможной боли.
Шассэр, внимательно наблюдавший за этим, застонал. Зачем?! Он же говорил ей, как больно будет, если сопротивляться! А тем временем картина на Путях менялась: от зависшей в воздухе фигуры девушки начало распространяться голубоватого сияние, и через какое-то время она оказалась в центре паутины, сплетенной из связывающих Лиассу с Вратами нитей. Паутина становилась все более яркой, наливаясь Силой, что выпивала из души Лиассы…
