— Корчеш там, у тебя в номере, нарвался на одного из этих… Королевский крысеныш сидел в засаде и, как только пацан зашел в комнату, он направил на него стену огня…
Я вскрикнула в ужасе и прижала руки к губам. Всегда контролировала эмоции, но здесь была уже не в силах сдерживаться…
Стена огня, Всевышний! Высшая боевая атака! Предназначавшаяся мне!!!
Я не могла в это поверить. Что за нелюди! И почему такими способами...
Корчеш. Маленький мальчик. Ему-то это за что...
Боль сдавила грудь, не давая свободно дышать. Но мысли лихорадочно продолжали метаться в моей голове, пытаясь опровергнуть случившееся.
Так, стоп. Зюнгер сказал, что нужна помощь. Значит...
Я сглотнула тугой ком в горле и с надеждой спросила:
— Корчеш выжил?
— Как ни странно, но да. Успел вспомнить, как ставить защиту. Я их этому учил в первую очередь. Умудрился оттолкнуться от стенки и откатиться от основной волны. Но его хорошо зацепило!
— Как ты узнал об этом?
— Говорю же, Мареша прибежала за мной. К тому времени, как я добрался до гостиницы, пожар почти потушили. Всех эвакуировали и Корчеша уже вынесли на улицу, завернутого в покрывало. Ждали полицаев и лекарей.
— Полицаев?
— Но он ведь забрался в чужой номер?
— Где он сейчас? — резко обрубила пробивающуюся истерику Зюнгера, чуть повысив тон. Мысли лихорадочно крутились в голове, но любые эмоции мне сейчас только мешали.
— Я поручился, что мальчишка не вор. Сунул взятку полицаю, попросил лекаря сделать Корчешу обезболивающее и отвезти в дом Милости, попрощаться… — ответил он, опустив голову на руки. Еще секунда и плечи его вдруг задрожали в беззвучном плаче.
— Я не могу помочь сама, честно. Прости, Зюнгер, — выдохнула я признание, коря себя за беспомощность. — Моя магия неуправляема и нестабильна. Но я знаю, кто сможет помочь.
Мужчина замер, и сквозь судорожный тяжелый вздох, спросил:
— Кто? Говори. Сделаю, все что хочешь, только спаси Корчеша. Если это в твоих силах.
Я замолчала. Имею ли я право давать такие обещания? Нет. Согласится ли ОН? Я в этом абсолютно не уверена, но знаю одно. Запас энергии, необходимый для временной петли, есть только у одного человека в этом городе. Если он сможет активировать это заклинание, то есть шанс спасти Корчеша, пока он в сознании. Магия высшего разряда, колоссальный выброс энергии! Божечки, о чем я думаю? Он не согласится! Но смогу ли я уехать отсюда, спасая свою шкурку, зная, что из-за меня погиб ребенок?
— Мне нужно место, где я могу умыться и переодеться. Быстро. А еще оставить вещи в надежном месте. И еще, Зюнгер, придумай, как мне покинуть этот город так, чтобы меня не поймали ищейки…
Огромное чувство вины висело надо мной карающим мечом. Просто развернуться и уйти я не могла. Помочь тоже. В случае со спасением жизни Корчеша мне представлялся лишь один единственный выход. Пока не закончились сутки, можно создать временную петлю.
В замкнутом временном пространстве можно вывести пострадавшего в момент трагедии и, влив в него магию, помочь отразить удар. На все это уйдёт всего несколько минут, но запас энергии необходим колоссальный. И такое подвластно только одному человеку — Палачу.
Нет, не в том дело, что я возлагаю на него огромные надежды или делаю из него божество, хотя и ежу понятно, что он не дурак и высшие магические заклинания знает. Дело в том, что у него есть непалий, который накапливает энергию. И если Горьер научился обращаться с камушком, то, возможно, сможет вытащить весь запас. Ну или хотя бы попытаться.
Наверное, чисто теоретически, это бы смогла сделать и я, если бы знала как. Хотя, магическая сдерживающая печать все еще на мне, поэтому вряд ли бы я смогла применить свою магию, даже если бы умела.
Эх, что рассуждать, нужно действовать. Но как заставить Палача помогать мне?
Зюнгер быстро нашел место, где мне можно было переодеться. Какая-то забегаловка на набережной, торговец в которой был хорошим знакомым Зюнгера, стала моим новым временным пристанищем. Нам любезно предоставили в пользование складское помещение с маленькой, отгороженной старенькой занавесью, комнаткой отдыха. Стол, стул, узкий шкаф с обрезанным зеркалом, какие-то полки с хозяйственной утварью, — ничего особенного.
Я молча, под задумчивым взглядом Зюнгера, поставила вещи на стол и извлекла из саквояжа все, что нужно было, чтобы снять грим. Где-то там, под слоем краски все еще таился юный Мартен Джаппер. И пока он был единственной моей надеждой...
Слой кожи оставлял желать лучшего. Пришлось хорошенько пропитать его специальным увлажняющим составом, чтобы он мог продержаться еще несколько часов. Снова сок чуники на брови и волосы. Красные точки на лице теперь уже из краски…
Руки тряслись, и я постоянно роняла кисти. Слишком много всего нужно сделать, чтобы подготовиться. Но одновременно я понимала, что мы теряем драгоценное время, которого у Корчеша может и не быть. Но вынужденная отсрочка перед важной встречей была для меня спасением — она давала мне возможность все еще раз хорошо обдумать.
