— Она снова набедокурила. И вопреки здравому смыслу и страху, прибежала ко мне за помощью. Нужно было спасти маленького пацана, бездомыша. Мальчишка сильно обгорел, ожоги не совместимые с жизнью, понимаешь? Она пожертвовала собой, практически сама сдалась мне, лишь бы я открыл временную петлю.
— Со здравым смыслом, хочу сказать, у вас обоих большие проблемы. Ты не забыл, что на территории другой страны такие магические ритуалы запрещено проводить?
— Я подчистил все следы непалием. А магохранителям и полицаям сказал, что лечил пацана.
Кайен расстроенно вздохнул и обречённо махнул на брата.
— Что ты увидел, расскажи?
— В пространственно временном кармане? Мы оказались там вместе, это было одним из условий. Поставил ее посредине в цепочку между собой и пацаном. Не смотри на меня так! Я знал, что в ней есть магия, хоть она это и отрицала. Поэтому был уверен, что не сгорит. Только в первом пространственном кармане кроме нас двоих никого не оказалось. Мальчишки там не было. Она начала волноваться и, Кайен, из нее вдруг стала выходить неконтролируемая магическая сила, которая тут же завернула сразу несколько воронок. Пока я пытался стабилизировать все, девчонка пропала. Кинулся искать и нашел ее в старом замке у приграничья. Возле камина, когда отец отчитывал нас за принесенных ею котят…
— Ты уверен, что не подарил ей свои воспоминания и не ошибся?
— Уверен. Я в это время случайно наткнулся на мальчишку и занимался тем, что уговаривал его выйти из петли вместе с нами. А когда стал искать ее, то вошел в ее воспоминания.
— И что произошло дальше?
Максимилиан усмехнулся, выбирая из памяти те крохи, когда увидел смущенную и испуганную маленькую Этели. Без грима, с настоящим лицом.
— Я позвал ее и она испугалась. Настолько сильно, что своими эмоциями снова перенаправила поток магии. Не знаю, что произошло потом, но предполагаю, что Этели взломала блокирующую печать. Нас всех троих мгновенно выкинуло из временной петли. Но я оказался на грани истощения и провалялся какое-то время без сознания. А вот она сбежала.
— А мальчишка?
— Мальчишка жив и здоров! Причем вылечила его Этели без моей помощи, одним своим желанием. Когда я очнулся, он спал на кровати сном младенца. За несколько секунд до прихода стражников, я успел подчистить следы после временной петли, чем добил себя окончательно. Непалий сожрал не только остаточную энергию подчистую, но и мою.
— Теперь ты обвиняешься в применении запрещенных магических ритуалов?
— Нет, но дело завели. И попросили пока не покидать город. Кайен…
— Нет, даже не вздумай! Ты не поступишь так со мной!
— Кайен, я тебя умоляю! Мне нужно найти Этели, а эта заваруха еще точно продлится несколько дней! По ее следам идут убийцы, Этели полна магии, которой совершенно не умеет управлять!
— Ладно, — тут же сдался Кайен, покачав головой.
— К тому же сегодня, по моим подсчетам, в Кодвен должна приехать Марина Поляди. Даю тебе все карты в руки! Можешь делать с фрейлиной, все что захочешь, главное, чтобы она не заметила подмены. И постарайтесь пробыть в Кодвене подольше.
— Ну это вот совсем другой разговор, ¯ сладострастная улыбка озарила лицо мужчины. — Хоть что-то хорошее в моем пожертвовании.
— Смотри, не замучайся, — улыбнулся Горьер, понимая, что брат однозначно поможет и подменит его на какое-то время. Он протянул брату руку и крепким рукопожатием закрепил договор.
Они и раньше проворачивали такие трюки, поэтому Палач верил Кайену, и знал, что тот, несмотря на свой взбалмошный характер, тяготеет к интригам и имеет недюжинный актерский талант. А значит вполне справится в его отсутствие.
Этели
Сначала катакомбы, а потом пристань… Кажется, я уже где-то это проходила. Это был сарказм.
Настроение колебалось от самого что ни на есть упаднического, до предельно яростного, подстегиваемого желанием вырваться из этой западни. Говорить ни о чем не хотелось.
Зюнгер уверенно вел меня через складские портовые постройки, петляя только ему известными тропами. Я шла следом, не забывая озираться по сторонам и прислушиваться к любому шуму. Мне казалось, что минуты растянулись в сотни раз, и каждый миг отдавался напряжением на моих оголенных нервах.
Когда из-за угла огромного склада мы свернули к тропинке, ведущей к небольшой лысой скале, а затем спустились на берег, усыпанный мелкой галькой, я выдохнула. В небольшом отдалении от береговой линии на глубине нас ждал рыбацкий баркас, а в сухих ветках, наваленных у подножья скалы, была припрятана легкая ладья, выдолбленная из специальной легкой породы дерева. На таких обычно сплавлялись аборигены по горным рекам. Меня в принципе все устраивало, за исключением того, что такие маленькие лодочки были рассчитаны всего на одного человека.
— Я поплыву одна?
— Да. Мне нужно возвращаться. Иначе мое отсутствие вызовет еще больше подозрений. К тому же Корчешу еще может понадобиться помощь.
— Неконтролируемые всплески остаточной магии после обряда, — уныло протянула я, вспоминая о побочных эффектах. — Чем грести?
