В груди что-то сжалось и с надрывом заныло. Печаль. Бесконечная и заунывная, смешанная с болью и тоскливым холодом воспоминаний. Я прошла мимо одного из писцов, что выходил на улицу. Тот кинул на меня заинтересованный взгляд, затем скрылся за дверью. Я остановилась на секунду, зажмурила глаза, затем, взяв себя в руки и отогнав нахлынувшие воспоминания и чувства, направилась дальше.
Люди Братства, учёные, волонтёры и другие всевозможные помощники сновали из стороны в сторону.
Сколько здесь было народа теперь! Мне и представить себе было сложно, что здесь когда-нибудь будет, можно сказать, целый научный городок.
Я слабо улыбнулась - родители были бы счастливы, увидев всё это.
Мне и самой было сложно представить, что здесь раньше всё было изуродовано и испорчено супермутантами и другими жителями пустошей.
Теперь здесь был наведен блистательный порядок. Шкафы, стеллажи с бумагами и коробками, ящики с оборудованием, блестящая техника - всё было аккуратно расставлено и содержалось в надлежащем состоянии.
Я пересекла широкий коридор и свернула в основной зал. Здесь стояли многочисленные столы с терминалами, жужжащие агрегаты, лампы и шкафы.
Я прошла мимо круглого столика с чашками и пачкой печенья, и вознамерилась пройти к Ротонде, когда увидела очередь из писцов возле двери в один из кабинетов. Все писцы держали в руках кипу из бумаг и брошюр. И все они выглядели измученными и недовольными.
Я улыбнулась, увидев писца Валлинкорт, устало прислонившуюся к стене возле двери. Она была такой же бледной и недовольной, как и все остальные.
Интересно, не к писцу ли Бигсли они все стоят? Он-то мне как раз и нужен. Старейшина Лайонс сказал мне, что о работе проекта мне лучше всего расспросить именно его.
Я оставила Догмита с Фоксом в зале и направилась ближе к кабинету, возле которого толпились писцы Братства.
Когда я подошла ближе к двери, Валлинкорт вскинула на меня взгляд. Я заметила, как её глаза округляются в радостном удивлении.
- Кайли! - воскликнула она, заметив меня. - Как я рада тебя видеть!
Она кинула бумаги на стоящий рядом столик и крепко обняла меня.
Улыбаясь, я обняла Валлинкорт в ответ.
- Хорошо, что ты здесь, - прошептала Валлинкорт, хмурясь и отворачиваясь от писцов, сидящих на лавочке и с любопытством наблюдающих за нами. - У меня уже нервы сдают. Вчера я чуть не бросила кофейник в этого Бигсли!... Тут такой скандал был...Просто кошмар...
Девушка недовольно скривила рот и опустила голубые глаза, сверкающие яростью и тоской.
- А что случилось? - осторожно спросила я, обнимая Вэл за плечо.
Валлинкорт с надеждой посмотрела на меня, затем начала рассказывать про тонкости отчётов писцов Братства, из-за которых Бигсли готов всех тут перегрызть.
Я внимательно слушала подругу, пытаясь приободрить Вэл.
С Валлинкорт мы сдружились крепко-накрепко. Ещё когда я лежала в медицинском крыле, девушка несколько раз навещала меня. Удивительно, но она на свой страх и риск вырывалась из бесконечной работы в Мемориале и бежала ко мне в Цитадель.
А я была бесконечно счастлива, что у меня появилась такая хорошая подруга.
- Следующий! - услышала я усталый мужской голос и почувствовала, как Вэл вздрогнула.
Кусая губы и хмурясь, она взволнованно посмотрела через моё плечо в кабинет Бигсли.
- Ну, всё, пора, - сказала она. - Надеюсь, он не прибьёт меня за переделанный отчёт. Я корпела над ним всю ночь. Если он его не примет, то я его сама прибью.
Я улыбнулась, Вэл подмигнула мне и указала на кабинет.
- Идём со мной, а то ты этих тюфяков целый день ждать будешь, - прошептала она, кивком головы указав на народ, толпящийся возле кабинета Бигсли.
Я кивнула, и мы зашли в кабинет.
Кабинет, надо сказать, был шикарным - с большим полукруглым столом, хорошим терминалом и большим сейфом позади стола. На столе, помимо кипы бумаг, книг, блокнотов и папок, я заметила пустую бутылку из-под Ядер-колы, вентилятор и множество кружек с недопитым кофе. Чайник и припасы были сложены на столе в углу, за картотечными ящиками. Большие шкафы наравне с деревянным комодом и стульями стояли у стен. Мебель здесь была хорошая, и кабинет был вполне уютным.
Писцом Бигсли оказался мужчина средних лет со светло-каштановыми взъерошенными волосами. У него было очень усталое лицо. Тени залегли под низкопосаженными глазами, уголки широкого рта были опущены, словно бы он был чем-то очень сильно расстроен. Его лицо было какого-то землистого цвета, а в голубых глазах томилась такая печаль, что у меня внутри всё скрутило от сочувствия.
Бигсли едва ли не спал, оперев голову на ладонь и измученно глядя на одного из писцов, усердно на что-то жалующегося ему.
Когда мы с Вэл зашли в кабинет, я услышала часть разговора.
- ...Ах да, я совсем забыл сказать об ещё одной важной вещи! - Взволнованно сказал писец, глядя на Бигсли. - Они хотят дополнительной компенсации за убытки и непредвиденные расходы.
Бигсли изменился в лице, услышав эти слова. Его лицо стало каким-то бледно-зеленым. Он распрямился и хмуро уставился на собеседника.
- Это же пустоши, черт побери! - возмущенно воскликнул Бигсли. - Чего не ожидали?
