— Тень — это не просто видение, — Вальгард почесал бороду и заложил руки за спину, обдумывая, как лучше объяснить. — Это иная реальность, переплетающаяся с нашей. Когда ты вступаешь в неё, ты можешь видеть то, что недоступно простым смертным. Но тень — это место, где обитают воспоминания, страхи, тайны и существа, о которых мы даже не догадываемся. Туда попасть сложно, но ещё сложнее вернуться обратно.
Мои мысли закружились в вихре. Всё, что я считала просто снами или иллюзиями, оказалось частью реальности. Это был отдельный мир, и каким-то образом я могу входить в него?
— Но как я туда попадаю? Я не контролирую этот процесс, — голос дрожал, я едва справлялась с чувством ужаса, которое начало расползаться по телу.
— У тебя есть связь с тем миром, благодаря норнам. Остального, увы, я не знаю.
Сердце в груди заколотилось ещё быстрее. Получается, что если снова туда попаду, то не факт, что смогу вернуться обратно…
— Если есть хоть малейшая вероятность, что она снова может попасть в тень, — раздался спокойный голос Рагнарда, но каждое его слово звучало с пугающей уверенностью, — я не оставлю это на волю случая. Мы должны сделать всё, чтобы этого не допустить.
Едва он произнёс эти слова, Грета вскочила так резко, что стул за ней ударился о стену. Все взгляды тут же устремились на неё. Её лицо было напряжено, в глазах читалось волнение.
— Она сказала тебе, что тебе помогут, — девушка пристально смотрела мне в глаза, голос её слегка дрожал от волнения. — Что есть те, кто помогут, и тебе нужно принять эту помощь. А что, если она знала, что ты… что ты можешь пострадать, и дала тебе намёк? Я…
Она так же резко замолчала, как и начала, сжав губы в тонкую ниточку. В её глазах читалась не только тревога, но и решимость. Неужели она…
— Нет, — резко вырвалось у меня.
— Это необходимо, Элла!
— Нет! — я вскочила на ноги и шагнула к ней ближе. — Ты не пойдёшь к вёльве, это слишком опасно.
— Может, и так, — её глаза блестели от слёз. — Но что, если это наш единственный шанс? Что, если она действительно может помочь? Ты можешь пострадать, а ещё этот маг… она ведь знает, как управлять магией, возможно, у неё есть связь с тем миром и она знает, что делать.
Слова Греты резали мне сердце, её слова были пугающими. Но мысли о том, что она может рискнуть собой ради этой миссии, вызывали тревогу и страх.
— Грета, — мой голос задрожал, — ты не обязана делать это. Это слишком опасно. Ты не должна рисковать собой ради меня!
— А если это единственный способ? — прошептала она. — Мы все рискуем. И если есть хоть малейший шанс помочь, мы должны его использовать. К тому же…
Грета замолчала, переведя взгляд в пол. Её плечи заметно напряглись, а дыхание стало прерывистым.
Ингвар, стоящий неподалёку, едва сдерживался. Его челюсть напряглась, а руки, сжатые в кулаки, побелели от усилий. В его глазах мелькнула тень ярости, когда он услышал её слова.
— Мы ведь уже говорили об этом. Я не позволю тебе рисковать собой ради сомнительной надежды, — его голос звучал ровно, но под этой сдержанностью скрывался гнев. — Я против.
Грета, несмотря на его предупреждения, оставалась непреклонной. Она стояла спиной к нему, зажмурив глаза, словно внутри неё шла борьба. Когда она наконец открыла их, её взгляд был холодным и отчуждённым. Она повернулась к Ингвару, и её голос, когда она заговорила, был настолько твёрдым, что я едва узнала его:
— Я готова рискнуть, если это поможет. И ты не имеешь никакого права указывать мне, что делать. Ты мне никто.
Ингвар вздрогнул, словно ему дали пощёчину, и его лицо окаменело, а в глазах промелькнуло глубокое сожаление. Он медленно разжал кулаки, но так и не нашёл слов, чтобы ответить.
Её слова явно задели его.
Я наблюдала за ними, и тревога росла внутри меня. Что с ними происходит? Уже в который раз они ругаются. Эти двое, похоже, постоянно находят повод для споров, и каждый раз это усиливало напряжение между ними. Раньше у них всё было спокойно, но теперь в их взаимодействиях появилось что-то новое — резкое и неожиданное, ядовитое. Я не могла понять, откуда столько враждебности. Грета никогда раньше не была такой, я впервые видела её в этом состоянии. Это было настолько непривычно, что я почувствовала себя неуютно.
И тут меня осенило. Вспомнилась сцена за дверью, когда я слышала их приглушённые стоны. Это многое объясняло — их постоянные перепалки и напряжение, которое возникало между ними каждый раз, когда они находились рядом. Но что могло пойти не так?
Грета, как будто осознав, что здесь не только они, повернулась ко мне.
— Я всё равно пойду к вёльве, нравится вам это или нет.
Её слова прозвучали так уверенно и непреклонно, что я поняла: переубедить её будет невозможно. Но как она может быть такой самонадеянной?
Хотя я сама не лучше.