— Он, как и ты, не любит сидеть без дела. А с отъездом Рагнарда у него почти не осталось обязанностей. Раньше он всегда ездил с ним, — нотки гордости слышались в голосе девушки. — Ему очень нравится стрелять из лука, не зря же он лучший охотник на фьорде.
В такие моменты я чувствовала себя обузой. Ему приходится сидеть со мной, а мог бы заниматься своими делами. Я посмотрела на Грету и сама невольно улыбнулась. Улыбка до ушей, глаза блестят. И ведь он этого даже не замечает. Как вообще можно не замечать такую девушку? Мужчины…
— Слушай, — деликатно начала я, придвигаясь к ней ближе. Мы с Гретой так сблизились за последнее время, что мне хотелось хоть в чём-то ей помочь. Хотя бы выслушать или поддержать. — А он знает?
— Что? — девушка посмотрела на меня, невинно хлопая глазами.
— Что нравится тебе. Он знает? — шепотом спросила я.
Грета резко перестала улыбаться и покраснела так сильно, что мне стало страшно за неё. Она неловко заёрзала на скамейке и мимолётно взглянула на меня, удивлённая моим вопросом. Глаза её стали избегать встречи с моими, а руки хаотично поглаживали юбку.
Я тут же пожалела, что так неудачно подняла эту тему, всё же это не моё дело. Но было уже поздно.
— Эй, — я осторожно положила ладонь на её руку. — Прости. Я никому не скажу, обещаю.
Грета вновь взглянула на меня, и в её глазах промелькнула благодарность.
Мы сидели так некоторое время, молча наблюдая за Ингваром. А потом случилось то, чего я никак не ожидала.
— Мы с мамой живём на отшибе, — тихо начала она, и я насторожилась, поворачиваясь к ней. — Всю свою жизнь она работала собирательницей, а я с детства мечтала посетить лес. Он всегда манил меня, — на её губах появилась лёгкая улыбка. — Ингвара все знали как лучшего ученика своего отца. Он всегда был на слуху, но лично мы не были знакомы. Когда мне исполнилось тринадцать зим, я очень долго уговаривала маму взять меня с собой в безопасную часть леса, собирать ягоды. Мы весь день вместе гуляли, а потом на нас напали дикие волки… — её голос дрогнул. — Мама повредила ногу и не могла идти, но, слава богам, рядом был Ингвар с отцом. Они охотились неподалёку и услышали наши крики. Всё обошлось, но мама получила серьёзные травмы, после которых ей пришлось долго восстанавливаться. Она до сих пор не встаёт с кровати.
Девушка замолчала, и я заметила, что она плачет. В этот момент слова казались лишними, поэтому я придвинулась ближе и приобняла её за плечи.
— После этого Ингвар часто наведывался к нам в гости, — вытирая слёзы, Грета продолжила. — Мы всегда жили очень скромно, а мама не могла работать. Отца я не знала, мы были только вдвоём. Поэтому он приносил нам еду и помогал по хозяйству.
— Понимаю… — печально вырвалось у меня.
— Что? — Грета подняла на меня свои большие глаза, хлопая мокрыми ресницами.
— У меня тоже не было отца. Точнее, он был, но лучше бы его не было. — Я на мгновение замерла, чувствуя, как воспоминания поднимаются из глубин памяти, тяжелым грузом нависая над сердцем. — А мама тоже болела, но вскоре умерла. — Слова дались мне нелегко, словно я заново переживала эту боль. Я опустила взгляд, пытаясь смахнуть непрошеные слёзы.
— Ох… — Её голос дрожал, слёзы снова потекли по щекам, и она попыталась вытереть их рукой, но это было бесполезно. — Прости, мне так жаль.
— Всё хорошо, — попыталась я её успокоить, ощущая, как сердце сжимается от боли, но в то же время, странным образом, становится легче от того, что я поделилась этим с ней. — Я верю, что она сейчас в лучшем месте.
— Ты тогда поняла, что… ну, — я немного замялась, стараясь сменить тему на что-то менее болезненное. — Что он тебе нравится?
— Нет, это произошло позже. Я даже не сразу заметила, как со временем мне всё чаще хотелось быть рядом с ним, — она опустила взгляд, изучая землю. Я посмотрела на неё и заметила, что её губы были плотно сжаты, а в голосе звучала тихая задумчивость. — И нет, он не знает.
— Понятно, — вздохнув, я положила свою голову ей на плечо, чувствуя, как между нами устанавливается ещё более тесная связь. — У меня тоже был человек, который очень нравился, но, как оказалось, я была ему безразлична.
— Что? — Грета искренне удивилась и уставилась на меня, её глаза расширились. Она перестала ковырять землю носком сапога и схватила мою руку. — Как такое возможно? Ты ведь такая замечательная!
— Прекрати, — усмехнулась я, запрокинув голову к небу, стараясь придать голосу лёгкость, хотя внутри всё ещё ощущалась горечь воспоминаний. — В конце концов, это их потеря.
Мы обе рассмеялись, чувствуя, как напряжение постепенно исчезает. В этот момент к нам подошёл Ингвар с луком в руке.
— Над чем смеётесь?
— Ничего особенного, просто вспоминали одних неудачников, — я фыркнула, но тут же получила лёгкий удар в бок от Греты.
— Не меня, надеюсь? — Ингвар наигранно возмутился, приподняв брови, что вызвало у нас новый всплеск смеха. Однако, когда он перевёл взгляд на Грету, его лицо резко переменилось, став серьёзным. Присев на корточки перед ней, он спросил: — Что случилось?