— Да, ваше величество. Мне кажется, что я увидел то, что другие либо не хотят, либо не могут замечать.
В беседу вступила и Елена:
— Будь добр, пан Коперник, расскажи о своих открытиях…
Коперник развернул принесенный с собой чертеж и прикрепил его к стене, так чтобы королевской чете было хорошо видно. Александр и Елена встали и подошли к чертежу поближе. На нем в центре было изображено солнце, а вокруг его семь планет, каждая на своей орбите.
Увидев интерес короля и королевы, Коперник с воодушевлением стал рассказывать:
— Суть моего понимания строения мироздания можно назвать гелиоцентрическим. То есть в центре мира находится Солнце, а Земля является одной из планет, которые вращаются вокруг него, причем каждая по своей орбите. Это полностью отрицает бытующую еще геоцентрическую систему Вселенной, разработанную в свое время Птолемеем, который полагал, что в центре мироздания находится Земля, а вокруг нее вращаются все небесные сферы, в том числе и Солнце.
— Как же так, — спросила Елена. — Выходит, что не Солнце вращается вокруг Земли, радуя нас своими восходами и закатами, а наоборот. Земля вращается вокруг Солнца. Это непонятно. Объясни, пан Николай… Ведь мои глаза говорят мне, что Солнце вращается вокруг Земли…
— Да, ваше величество. Это так. И Земля не только оборачивается вокруг Солнца за 365 суток, но и одновременно вокруг своей оси, в результате чего день сменяется ночью, а за весной следует лето и так далее…
— Почему же мы этого не замечаем, а воочию видим только то, что солнце оборачивается вокруг Земли? — продолжала одолевать ученого вопросами Елена.
— Все дело в размерах нашей земли… И получается примерно так, когда наш экипаж двигается, а кажется, что движется рядом стоящий…
В разговор опять вступила Елена:
— Несколько лет назад мне из Москвы прислали книгу византийского монаха Индикоппова под названием «Книга о Христе, обнимающа весь мир». Так там говорится, что Земля не шарообразна, а прямоугольна…
На это Коперник ответил:
— Эта книга была написана Козьмой Индикопповым тысячу лет тому назад. Он ошибался, потому что тогдашний уровень астрономических знаний еще не позволял ему правильно понять сущность геоцентрической системы…
И для Александра и для Елены все сказанное Коперником было не только неслыханной доселе новостью, но и непонятно, уму непостижимо. Пан Длугош, слушая разговор королевской четы с ученым, улыбался себе в усы. Распрощавшись с паном Коперником и усаживаясь в удобной королевской коляске, Александр сказал:
— Если действительно все так и обстоит, как Говорит этот молодой ученый, то тогда он несомненно обладает гениальностью, которая, на мой взгляд, граничит с сумасшествием…
На это пан Длугош заметил:
— Не ум главное, а то, что направляет его — натура, сердце, благородные свойства, развитие…
Начавшиеся весной 1502 г. военные действия заставили Александра выехать в Литву, и он вынужден был предоставить управление Польшей сенату. Его президентом король назначил своего брата Фридриха, который, впрочем, вскоре, в 1503 году, умер. Во время войны Литвы с Москвой сенат из рук вон плохо распоряжался делами Польши: подати собирались с трудом; войска вовремя не получали жалованья; набеги татар оставались безнаказанными; в стране свирепствовали разбойничьи шайки панов, в которых участвовали даже женщины. Все это сопровождалось смутным настроением умов, распрями жителей, ропотом на безначалие.
Поэтому, заключив перемирие после грозной и тяжелой войны с Москвой, Александр поспешил в Польшу. Здесь в течение двух лет он с большой энергией занимался государственными делами. Первой задачей было очистить Польшу от разбойничьих шаек и наездов. Некоторые паны-разбойники, захваченные с оружием в руках, были казнены. Повесили даже женщину, их соучастницу. Пострадали многие магнаты, богачи и представители духовенства.
Также решительно новый король вступил в борьбу с засилием магнатов и крупных землевладельцев. Он собрал два больших сейма, отменил Мельникский привилей и законодательно определил новую форму правительства. Александру не удалось утвердить абсолютное правление, к чему стремился и Ян Альбрехт, но ему удалось ослабить влияние можновладства, то есть засилия магнатов и вельмож. Шляхта была допущена к участию в управлении. Из-под власти сената была освобождена исполнительная и судебная власть.
Сподвижником и помощником Александра стал канцлер его брата, каноник Ян Лаский. Стремясь поддержать и ободрить Александра, он то и дело говорил:
— Мы добьемся усиления королевской власти… В противовес магнатам… Александр верил ему, тем более, что он удачно подыскивал и выдвигал нужных и знающих людей, сам во всем проявлял инициативу и деловитость.
