Иона Штепер озабоченно носился с одного места на другое, указывал, где и что надо сделать, к какому вагону проложить настил, чтобы завести туда лошадей, затем влез в вагон и по-хозяйски огляделся, определяя, как оборудовать стойла, где поставить корыта и построить нары для сопровождающих. Вернувшись на платформу, он хотел что-то сказать Илье, но с другого конца эшелона, где переселенцы все еще грузились, прибежал Авраам и, схватив сына за руку, запыхавшись, сказал:
— Идем, надо помочь разгрузить подводы, которые сейчас прибудут.
Минут через пять подъехали подводы, нагруженные плугами, боронами и еще каким-то инвентарем, необходимым на первых порах для хозяйства коллектива.
Авраам, Илья, Иона и еще несколько человек погрузили инвентарь, распрягли лошадей, вкатили подводы в вагон, ввели лошадей в теплушку, и, когда все было налажено, люди разошлись по своим местам. Паровоз звонко и протяжно загудел и потянул состав.
Илья крикнул:
— До свиданья, родной город! До свиданья, старый дом!
Ему казалось, что вокзал, с которого переселенцы уезжают, площадь, где он с отцом, как и другие извозчики, зимой и летом, в дожди, снегопады и метели стояли в ожидании пассажиров, все дороги кругом, все улицы и рынки, которые они исколесили на своих дрожках и фаэтонах, все друзья и товарищи — все провожают их и желают им счастливого пути.
И в самом деле, он услышал многоголосые возгласы провожающих:
— Счастливого вам пути! Счастливого пути…
По дороге они видели, что из-под снежного покрова тут и там проглядывают черные лоскуты земли. Напоенные ароматом пробужденной земли, теплые ветры оповещали, что идет весна, что она уже близка. И чем ближе подъезжали к новому месту, тем сильнее чувствовалось ее дыхание. Лучи весеннего солнца, проникавшие сквозь щели теплушек, согревали продрогших от ночного холода переселенцев, наполняли их сердца живительной силой.
— Ой, как хорошо, как приятно! Наконец-то свои косточки согреем! — слышались голоса.
По названиям станций, которые Илья запомнил в предыдущей поездке, он знал, что эшелон скоро проедет мимо озера Сиваш. Иона тоже напомнил об этом:
— Ночью, сынок, мы проедем Сиваш; если не проспишь, я тебе покажу место, где мы разбили Врангеля.
Это предложение Илье было по душе. Они с Минной посмотрят Сивашский залив, о котором слышали много преданий и легенд, видели в школе на картинках.
— Хорошо, я обязательно приду, — согласился Илья.
— Сейчас будет большая станция, напои лошадей, задай им на ночь корм и приходи к нам, а кто-нибудь пусть вместо тебя побудет возле них, — посоветовал Иона.
— Хорошо, хорошо, — обрадовался Илья. — Так и сделаю.
На этой станции эшелон стоял меньше положенного времени. Илья едва успел напоить лошадей, как локомотив загудел и поезд тронулся. Ему не удалось перейти к Ионе в вагон, и, как назло, поезд до следующей станции шел медленно, часто останавливаясь. Когда эшелон прибыл на ближайший полустанок, вечерние сумерки так сгустились, что кругом ничего не было видно. Илья подбежал к вагону, в котором ехала Минна, вскочил на подножку и открыл дверь. При слабом лунном свете и единственном фонаре, мерцающем на полустанке, он ничего не мог разглядеть.
— Кто там? — услышал он голос Минны.
— Это я, — тихо ответил Илья, приближаясь к ней. — Ты не спишь?
— Нет. Жду тебя, — прошептала она.
— Как медленно идет поезд… У Сиваша будем только поздно ночью, Иона хочет нам показать место, где разгромили Врангеля.
— Я знаю. Он говорил…
В вагоне было тихо, все спали. Они разговаривали шепотом, чтобы никого не разбудить. Им было так хорошо друг с другом, что они совершенно забыли об окружающих. Илья накрыл ладонью руку Минны и осторожно погладил ее. Он почувствовал, как девушка встрепенулась. Илья придвинулся к ней, крепко обнял и поцеловал.
— Перестань… Не надо… перестань, — шепотом попросила Минна, слегка отстраняясь.
Вдруг они услышали шаги, кто-то приоткрыл дверь.
— Сиваш! Подъезжаем к Сивашу! — крикнул Иона.
Илья и Минна стояли у приоткрытой двери вагона и при свете луны вглядывались в зеркальную гладь Сивашского залива.
— Смотрите, вот там мы ударили по Врангелю, — громко рассказывал Иона, чтобы Илья и Минна слышали его при усилившемся стуке колес. — Ох и громили мы его!.. Вода красной стала от крови… Такие там были бои.
— Где, где это место? — полюбопытствовал Илья. — Ничего не видно.
— Вот там, смотри туда! — кричал Иона, указывая пальцем.
— Где, где? — вглядываясь в даль, спросила Минна.
Все кругом было окутано густым туманом. На темном синеватом небосводе еле пробивались сизые пятна рассвета. Где-то далеко-далеко зажглись утренние звезды и погасли в густом предрассветном тумане.
— Скоро прибудем в наш новый дом? — послышался голос.
— Да, уже скоро, — отозвался Иона.
Как нарочно, поезд задерживался на всех станциях и полустанках. Наконец он замедлил ход и остановился на станции Курман-Келемчи…
— Приехали… Стоп! Приехали… — из вагона в вагон передавалась радостная весть.