Тот самый галеон, что привез «зверей» на материк, преспокойно стоит на якоре. Он же должен захватывать, на худой конец топить корабли островитян! Демон! Демон! Демон! Сейчас сюда подойдет флейт и капитану «Сакраменто» будет плевать, какой над ним развивается флаг. Он его просто расстреляет, перемолотит из своих тридцати двенадцатифунтовых орудий.
А потом или галлийцы проследуют на галеон, где будут тут же закованы в кандалы как пираты, или сюда последуют те же звери, которые обязательно заинтересуются, куда именно барон де Линьола изволил увести пленников, откровенно заслуживающих веревки за пиратство. Что так, что эдак, конец будет один.
Барон взглянул на свой браслет. В сумерках отчетливо был виден огонек внутри рубина.
Нет, не годится.
— Пленников связать.
Сделано быстро, ловко и без возможности развязаться. Барон лично проверил качество пут, при этом незаметно сунул в руки одного из галлийцев, показавшемуся самым ловким, острый нож.
— Шлюпку на воду! — Из ближайших зарослей «звери» ловко выволокли двухвесельный ялик, тот самый, на котором он приплыл с корабля. Забытый на берегу или оставленный бог знает на какой пожарный случай. Никто просто не предполагал, что десант будет возвращаться на корабль именно здесь.
Проверил оружие бойцов, остающихся на берегу. И прикрепил к их камзолам по талисману. «От заклятий», как объяснил.
Сам сел за весла.
— Я на «Сакраменто» за подмогой.
Шлюпка ходко пошла от берега. В сумерках ни с нее, ни, главное, с галеона не было видно, как упали оставшиеся на берегу кастильцы, сраженные мощнейшим усыпляющим заклятьем, заключенным в тех самых талисманах.
Четверть часа, и вот де Линьола ловко поднимается на борт.
— Господин барон, рад вас приветствовать. Как все прошло? Какие будут приказания?
— На берегу шестеро пленных, их надо доставить на корабль. Готовьтесь, я пока спущусь в свою каюту.
И тут же раздался крик откуда-то сверху:
— Вижу корабль под имперским флагом! Флейт! Идет курсом на нас!
Капитан подтянулся.
— Прошу простить, но я принимаю бой! Ваши указания исполню после.
Де Линьола бросил взгляд на открытое море. Да, трехмачтовый корабль, возможно, флейт.
— Позвольте подзорную трубу.
Отказать в этой просьбе капитан не смог. Все верно, «Мирный». Единственная возможность для жены спастись.
— Почему вы остались здесь?
— Приказ директор-генерала перекрыть ближайшие к городу бухты, чтобы не дать захватчикам возможности скрыться от возмездия.
Логично. Что теперь остается? Взгляд на море, на берег, где Адель уже должна была освободиться от пут. Если «Мирный» не пришлет за ней шлюпку, придется уходить по суше. От его «зверей», специально натасканных на поиски вот таких беглецов. С заранее известным результатом.
— Я иду в свою каюту.
Слава Спасителю, она на нижней палубе.
Капитан коротко кивнул и слегка, едва-едва заметно усмехнулся над сухопутной крысой, прячущейся от настоящего морского боя. В любой другой день этого хватило бы для вызова на дуэль. Но не сегодня. Сегодня в дуэли не было смысла.
Де Линьола спустился на нижнюю палубу, по пути полюбовался, как споро и ловко канониры готовили к бою пушки. Прислушался к раздавшимся сверху командам, скрипу талей и гулу парусов. Грустно усмехнулся и спустился еще ниже. Потом еще, туда, где вдали от горящих факелов, в глубоком полумраке трюма стояли двое пехотинцев, охраняющих крюйт-камеру. Впрочем, двери порохового склада были уже открыты и юнги, звонко шлепая босыми ногами, таскали порох наверх, к орудиям.
Все делалось споро, деловито и как обычно чуточку бестолково. Может быть поэтому никто и не обратил внимания на подошедшего мужчину, которому вообще-то нечего было здесь делать. Впрочем, один из солдат окликнул, потребовал объяснить, какого демона тут шастают посторонние. Но чуть-чуть поздно. Мужчина успел достать шпагу и тремя мгновенными выпадами заколоть охранников и юнгу, на свою беду оказавшегося на его пути.
Впрочем, на какую такую беду?
Этот день стал несчастным для всех моряков «Сакраменто». Убив охранников, мужчина прошел к пороховым бочкам, повалил открытые так, что образовалась целая горка пороха.
Какой-то юнга что-то звонко кричал, умоляя пощадить, но мужчина остался непреклонен. Уверенным движением достал огниво и звонко щелкнул.
Мадам де Ворг графиня де Бомон стояла на берегу потирая руки, только что освобожденные от пут, и смотрела на море, где могучий галеон разворачивался на встречу с ее флейтом. Тридцать мощных пушек против двенадцати. Да, усиленных боевым магом, но она уже достаточно узнала о магах и артиллерии, чтобы понимать — предсказать результат этого боя невозможно. В прошлый раз, когда захватывали золотой конвой, победу обеспечила внезапность применения магии, а вовсе не боевое превосходство.
Судя по действиям кастильского капитана, он допускать такую ошибку не собирался.
