В жизни Гетиуса было четыре жены, которые, родив ему, одна за другой, шестнадцать сыновей, умерли. Век женщин гетского племени был значительно короче, чем мужчин. Словно какая-то тайная боль или печаль делала кожу их лиц прозрачной, а глаза — горящими. Они расцветали быстро, быстро и страстно устремлялись в жизнь, — как росток пшеницы спешит стать колосом, — вспыхивали вдруг золотой нежностью — и таяли. Может, была тому виной постоянная тоска по мужьям, которые редко бывали дома — больше в походах или на охоте, а может, в том причина, что спали они до поздней осени на земле да в овчарне.
Гетиус растил сыновей, можно сказать, один. С малых лет приучал их к пастушьему труду, работе в поле, к охоте и войне.
Судьба, однако, была не слишком к нему милосердна. Вихрем проносились время от времени всадники-кочевники с горящими факелами и острыми мечами, набрасывались на людей, отбирали отары, хлеб и красавиц Дувры.
Мир и спокойствие поддерживались ценой больших жертв. Сыновья старейшины вместе со всеми отправлялись на войну, защищая очаги своего рода, жен и детей. Бесконечные войны не пощадили их — почти все они пали за честь и мир своего рода.
Судьбе было угодно сохранить ему лишь одного сына, который явился на свет последним и которого звали Аптаса. Ему было суждено завершить род тех, чьи сердца переполняло чувство справедливости и боль за судьбу гетов с Тираса.
Аптаса женился на гречанкё из Тиры. Звали ее Аса-те́дис. Она была красива, благородна душой и умна. Аптасе привез ее как рабыню самаритянский корабельщик, нашедший в Дувре приют себе и своему многочисленному роду. Корабельщик был старше Аптасы и любил его как брата, ибо тот спас однажды все его состояние.
Возвращаясь как-то из Тиры, он вез в лодке сундук с драгоценными украшениями — серьги и бусы из жемчуга, золотые пряжки, браслеты — то, что пользовалось спросом у благородных женщин из тарабостас. Солнце только взошло над большим рукавом реки, и корабельщик правил с большой осторожностью, чтобы обойти мели и плавни. И вот, во время этого прекрасного восхода, когда стаи птиц наполняли воздух криками и хлопаньем крыльев, из-за ивняка показались две лодки, направившиеся за его триремой[15]. Это были пираты! В руках у них были багры, и они уже примеривались, как бы поудобнее зацепить судно.
Корабельщик побледнел — он знал, что не пощадят ни его, ни гребцов, сидевших на веслах: тирийские пираты были жестоки…
И тут дал о себе знать Аптаса. Он быстро натянул тетиву лука, спокойно прицелился. Один из гребцов на пиратской лодке скорчился… Стрелы младшего сына Гетиуса с коротким свистом разрезали воздух.
Первая лодка остановилась, и вскоре они избавились от преследователей. Радость корабельщика была неописуема. Он вырвал из бороды клок волос и обнял юношу. С тех пор он привязался к нему всей душой и искал случая выразить свои чувства.
Теперь он подарил Аптасе Асу-тедис. Но это был слишком дорогой подарок: юноша, видя перед собой красивую и благородную девушку, не отважился сделать ее рабой; он предложил ей свободу и разрешил уехать на родину.
Но она не уехала. Аса-тедис ласково смотрела на сына Гетиуса…
Корабельщик, которого не случайно звали Геру́ла, — слово это означает «тепло и доброта», — обладал горячим преданным сердцем. Как-то он сказал Аптасе:
— Зря ты дал ей свободу. Девушка не уйдет. Она любит тебя, разве ты не видишь?
Когда они еще только достигли Дувры, корабельщик сказал ей:
— Аса-тедис, я не похититель — я заплатил за твою красоту три тысячи сестерций[16]. А теперь передаю тебя в руки хорошему человеку и прошу связать свою жизнь с его жизнью, полюбить его…
И если вначале девушка со страхом думала о том, что ее ждет, то потом обрадовалась. Аптаса окружил ее лаской и заботой, а когда спросил однажды, не желает ли она вернуться к своим родителям, девушка ответила: «Только вместе с тобой, Аптаса». Эти слова сказали ему, что ее сердце отвечало зову его сердца.
И тогда он взял ее в жены. Со временем она почти забыла о своих родителях, потому что нашла в Аптасе любимого, защитника и друга. Он надеялся стать основателем рода, такого же многочисленного, как у его отца. Отыскав укромное место в сорока стадиях от городка, в уже знакомой нам лощине, Аптаса решил пустить здесь корни.
Они зажили с Асой-тедис в любви и согласии, не имея других друзей, кроме послушных овец, черных как вороново крыло лошадей да еще пса Гунаха, ленивого, каким только может быть пес, хотя все отары были на его попечении.
Молодая женщина умела ткать красивые коврики, делать вкусный овечий сыр, а корабельщик приплывал на триреме к самому входу в лощину и забирал товар, чтобы отвезти его в Дувру или в Офиузу[17], или еще дальше. Герула заботился о них, доставляя все необходимое, в первую очередь соль и одежду. Он не мог нарадоваться не только уму и красоте Асы-тедис, но и ее изобретательности: в сыр она добавляла пряности, а головки заворачивала в белоснежную ткань.
