Эстель удивлённо взглянула на служанку поражаясь быстроте с какой простолюдинка принимала новые обстоятельства жизни. Правда немного подумав, хозяйка осознала резонность её слов: длительное пребывание земель Испании во владении арабов наложило отпечаток на уклад и обычаи страны, в том числе и на отношение к женщинам. Но почему же её душа продолжает томиться от мысли, что капитан может продать её? – не понимала сеньорита и вдруг её осенило: это будет означать, что она действительно ничего не значит для пирата. Она – обычная пленница, за которую можно сорвать хороший куш. Она – просто товар. Она – добыча. И именно это понимание изводило бедняжку.
Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился капитан.
– Соберите необходимые вещи. Вы сходите на берег, – спокойно, но твёрдо сообщил Корбо.
– Вы намерены нас продать? – похолодела Эстель, и в душе всё испугано взметнулось. – Подождите немного! Отец обязательно приедет за мной! – взмолилась она.
– Не волнуйтесь, сеньорита, я не собираюсь вас выставлять на невольничьем рынке. По крайней мере пока, – хмыкнул пират. – Просто корабль отправляется в док на ремонт, и вы не можете оставаться здесь. Поживёте в доме моего знакомого, пока ваш отец не явится за вами, чего я жду не меньше вашего, – холодно усмехнулся Корбо.
Испанки быстро собрались. Матросы вынесли вещи дам и погрузили их в небольшую повозку. Эстель со служанкой разместились на сиденье и огляделись. Фигурку сеньориты облегало салатовое шёлковое платье, золотистые локоны обрамляли её прекрасное личико, и Тэо, взглянув на девушку спешно отвёл глаза и нахмурился. Мужчина вновь почувствовал, как внутри у него что-то дрогнуло: – «Скорей бы твой отец забрал тебя», – недовольно подумал пират, понимая, что злиться скорее на себя, чем на отца Эстель. Он легко вскочил в повозку, возница щёлкнул кнутом и лошадь тронулась с места.
Скромный экипаж осторожно пробирался по узким улицам города. Для девушки, никогда не покидавшей земель Нового света, в чужой стране было всё в диковинку. Эстель с любопытством вертела головой и с детской непосредственностью выражала восторг. Увидев верблюдов, она широко открыла глаза и засмеялась: – таких удивительных животных ей ещё не доводилось встречать. Потом внимание сеньориты привлекли проходившие мимо женщины, укутанные с головы до ног в тёмные материи. Хотя европейские дамы тоже носили вуали, но те ткани не были настолько плотными, а испанки прикрывались своими мантильями ещё и исключительно кокетливо. Затем Эстель поразили разносчики товаров с блюдами и кувшинами на головах. Девушка не понимала каким образом они так быстро передвигаются, при этом умудряются ничего не уронить и не пролить ни капли содержимого?
Личико сеньориты светились, и она не замечала, взглядов прохожих, которые с не меньшим интересом рассматривали её саму. Один разносчик, засмотревшись на необыкновенную девушку, столкнулся с торговцем, шедшим навстречу, и оба рассыпав свою поклажу, начали истошно ругаться. Исподтишка бросая взгляды на пленницу Корбо продолжал хмуриться. Капитан не понимал, что его больше раздражает, то что Эстель привлекает к себе внимание, либо то, что он сам не в силах оторвать от неё глаз. Не выдержав, мужчина остановил повозку, открыл сундук, достал из него шарф из вуали и накинул на голову, пленницы, прикрывая её лицо.
– Вы что не видите? Здесь не пристало себя так выставлять! – проворчал он.
Эстель растерялась и немного обиделась за то, что её упрекнули в неподобающем поведении. Но испанка спорить не стала, а старалась более сдержано выражать интерес к окружающим её непривычным вещам и следовала накрытая вуалью, словно канарейка в клетке. Наконец повозка остановилась у шикарного особняка.
Из дома высыпали слуги. Низко кланяясь, как и подобает приветствовать знатных господ, они с величайшим почтением провели гостей в особняк. Хозяин вышел навстречу, радушно встречая друга. Одетый в богатые восточные одежды человек улыбнулся гостям, и Эстель с подозрением взглянув на капитана проговорила:
– Вы же говорили, что он француз, – забеспокоилась она.
– Неужели вы думаете, что желая заманить вас сюда я решил вас обмануть? – усмехнулся Корбо. – Я бы не стал себя так утруждать. Поверьте, он чистокровный француз. Только принял веру османов и перенял местные обычаи. Это нормально если хочешь добиться успеха и признания в чужой стране, – объяснил капитан и обратился к приятелю. – Рауль, сеньорита не верит, что ты француз, – улыбнулся Тэо, – и решила, что я собрался продать её в дом алжирскому бею.
Раис галантно поклонился, как это принято при дворе Людовика, правда, в таком костюме это выглядело несколько комично, но мужчина не смущаясь обратился к гостье:
