– Оружие пирата! – зловеще оскалился Корбо и в два движения скинул камзол. Он успел заметить, как остальные господа тоже оголили шпаги. Де Тюрен встал рядом с другом и выхватил клинок. – Одэлон, отойди и не мешай, – нахмурился корсар. – Лучше следи, чтобы они не напали с тыла.
– Неужели вы думаете, что дворянин на такое способен? – высокомерно усмехнулся де Клермон.
– Я слишком хорошо знаю подлое нутро знатных господа, чтобы подставлять им спину, – оценивая противника, оскалился Тэо.
Маркиз первым сделал выпад. Корбо отбил его и, развернувшись, пнул ногой в живот другого, намеревающегося напасть сбоку. Согнувшись пополам, тот начал жадно заглатывать воздух, на время вычеркнутый из смертельной игры. В следующий момент пират увернулся от удара справа. Затем развернулся и, отбив клинком шпагу маркиза, кулаком заехал в челюсть ближайшему к себе господину. Противник грузно полетел в кусты, зелень которых, сухо хихикнув, поглотила добычу. Левой рукой выхватив из голенища нож, Корбо отбил шпагу де Бергани, но тут де Клермон вновь сделал выпад, и Тэо одним ударом разрубил клинок маркиза, тем самым обезоружив его. Затем пират сделал разворот и кинжалом отбил выпад другого нападавшего и палашом ранил его. В следующую секунду, взмахнув клинком, капитан отразил удар вновь подоспевшего на подмогу к маркизу де Бергани, но в мгновение оказался за спиной у де Клермона.
Корбо остановил палаш у шеи аристократа, но всё же чуть поранил кожу. У маркиза в ужасе округлились глаза, и он замер. Приятели гордеца тоже в растерянности остановились. Они понимали, какая опасность грозит приятелю. Из такого положения пират голову, конечно, не отрубит, а вот горло пережит запросто.
– Теодор, успокойся! – воскликнул Одэлон.
Всё произошло настолько быстро, что граф не успел ничего сообразить и толком вступить в бой, как капитан его уже закончил.
– Я совершенно спокоен, – невозмутимо ответил пират. – Надеюсь, маркиз у вас и ваших друзей больше нет желания учить меня манерам? Или вы настаиваете на продолжении беседы? – обратился он к де Клермону.
Маркиз сглотнул ком, застрявший в горле, и прохрипел:
– Нет, месье…
– Вот и хорошо, – улыбнулся Корбо и оттолкнул наглеца от себя на безопасное расстояние. Не опуская оружия, пират с усмешкой наблюдал, как приходят в себя и маркиз, и раненый им господин, и тот, которого он пнул ногой в живот, а также как из куста выползает, проверяя челюсть, четвёртый бедолага. Неповреждённым остался лишь один де Бергани.
В этот момент к дуэлянтам подбежал де Круа с уже обнажённой шпагой:
– Я же просил вас, капитан, ни с кем не связываться, – осуждающе проговорил он.
– Ваш ученик, де Круа, дерётся не по правилам! – пытаясь остановить кровь на пораненной шее, возмущённо воскликнул де Клермон.
– Да что вы говорите? – насмешливо вскинул брови Анри. – А по каким правилам вы впятером напали на двоих? – поинтересовался граф. – Надеюсь, господа, вы уладили свои разногласия? Или мне стоит дать дополнительные разъяснения? – нахмурился де Круа.
Увидев в лице графа поддержку товарищам и осознавая, что предполагаемая жертва оказалась им не по зубам, господа решили незамедлительно ретироваться.
– Нет, де Круа, мы уже всё обсудили, – ответил маркиз, и задиристые вельможи надменно удалились.
– Ну что, шевалье д’Эмери! Действительно, зря я беспокоился за вашу жизнь, – одобрительно хмыкнул Анри. – Впору мне взять у вас несколько уроков, – улыбнулся де Круа, и компания последовал на выход.
Вечером приятели собрались за праздничным столом. Не каждый день капитан пиратского корабля становится дворянином! Господа вели непринуждённую беседу, выпивали, шутили и, конечно, разговор плавно перешёл на обсуждение женщин. Тут де Круа неожиданно вспомнил:
– Надеюсь, капитан, вы не станете сердиться на вашего друга за то, что он рассказал мне историю про вашу испанскую сеньориту? Поверьте, я искренне желаю помочь вам. Мне хотелось бы видеть такого человека, как вы, счастливым, – заверил граф.
Корбо недовольно посмотрел на Оделона и пожал плечами.
– Infelicissimum genus infortunii est fuisse felicem. Величайшее несчастье – быть счастливым в прошлом, – грустно усмехнулся Тэо.
Де Круа удивился и с ещё большим интересом взглянул на пирата:
– Я думаю, преодолеть можно всё, – ответил он и тоже добавил на латыни: – Желающего идти судьба ведет, нежелающего – влачит. Главное, стремиться к достижению цели, – заверил Анри. – Ещё вчера вы считались разбойником, а сегодня вы дворянин и офицер королевского флота! – улыбнулся граф. – Кто знает, может, завтра всё изменится, и вы сможете встретить свою возлюбленную? – по-отечески проговорил де Круа и признался: – Вы меня совсем заинтриговали, д’Эмери! Какими талантами вы ещё обладаете? – поинтересовался он.
Вместо Тэо в разговор вступил Одэлон. Де Тюрен начал расхваливать друга, рассказывая какая у того хорошая память, благодаря которой он легко цитирует произведения и налету запоминает стихи, а также сообщил, какими языками владеет капитан.
– Вы хорошо знаете испанский? – уточнил де Круа.
