– Марк, это лишь его мысли…я бы никогда…
– Но тебе же не десять лет! Почему ты не могла просто сбежать? Почему не могла тайком прийти ко мне?
– Куда, Марк? Куда мне нужно было идти? Я не знала даже, где ты! Том сказал, что тебя где-то прячут, считая, что тебе нельзя возвращаться домой. А мне по состоянию здоровья не разрешали бегать по всем городам в поисках одного человека, которого я любила.
– Тогда зачем ты пришла сейчас? Твой отец смилостивился и разрешил вынести за инвалидом утку?
– Нет, – она покачала головой, не обращая внимания на мой сарказм, – я устала играть в прятки. Я устала от его слежки. Марк, послушай, я не знаю, как ты представлял мою жизнь, пока ты страдал от неведения, но она не была хорошей. Она была ужасной. И, когда Том, наконец-то перестал думать о том, что мой отец прав, когда передал записку от тебя, я поняла, что надежда есть, что есть шанс всё вернуть, как было.
– Как было – уже не будет, – покачал я головой.
– Я это поняла, – грустно улыбнулась Кейт, – жаль, что слишком поздно.
– Почему ты пришла на встречу со мной?
– Ты всерьёз задаёшь мне этот вопрос?
– А, похоже, что я сейчас шучу?
– Возможно, потому, что я до сих пор тебя люблю? Или потому, что мне до боли в зубах не хватало тебя? Что каждый прожитый после авиакатастрофы день превратился в мучительную пытку? Что я постоянно думала о том, как ты? Что я рыдала много ночей подряд, зная, что Том сказал тебе откровенную ложь и, не зная, поверишь ли ты в неё? Зная, что я могу больше никогда тебя не увидеть? Или этих причин недостаточно?
Я не успел ответить, как раздался телефонный звонок. Я посмотрел на экран.
– Что случилось? – спросил я, отвечая на звонок.
– Марк, Кейт с тобой? – раздался встревоженный голос Тома.
– Да, – коротко ответил я.
– Её отец едет к нам домой, не поверив, что она у нас. У неё есть полчаса, чтобы добраться до нас раньше него.
– Я понял, – отключил я трубку, – Кейт, тебе пора возвращаться. Твой отец направляется к Тому. Если ты не хочешь, чтобы он узнал, где ты, тебе лучше поторопиться.
Она испуганно встала.
– Чёрт возьми! – выругалась она, судорожно копаясь в сумочке.
– Кейт, – я позвал её, – пожалуйста, посмотри на меня, – я задам ещё один вопрос. Мы встретимся ещё раз?
– А ты уверен, что хочешь этой встречи? – ответила она и развернулась, чтобы уйти.
Наверное, нужно было её догнать. Остановить. Сказать, что я люблю её. Что я не хочу ругаться. Что всё, что я сейчас ей говорил – лишь слабая попытка перекинуть свою вину на неё.
Но я не догнал её, не остановил. Я просто смотрел, как она уходит, понимая, что я упустил свой шанс. И вряд ли она даст мне ещё один.
Я ходил возле двери туда-сюда, каждую минуту проверяя время в ожидании того, кто из них появится раньше – Кейт или её отец. Я догадывался, что он может проверить правдивость её слов, но не думал, что он заявится ко мне домой! Мне стало жаль Кейт, которая в своей жизни столько натерпелась, и даже сейчас при попытке обрести снова своего любимого, вынуждена страдать и прятаться. Нужно было поговорить с её отцом. Если он заявится раньше, то я попробую убедить его в том, что…
К дому подъехало такси, из него выскочила Кейт и быстро побежала к двери.
Я открыл дверь, впуская её внутрь. Да уж…как, интересно, я скажу её отцу, что она была всё время с нами? Одежда её насквозь промокла. С волос стекали капли. А сама она…
– Ты что, плакала? – спросил я её.
– Потом расскажу, – она всхлипнула, – мне нужно срочно высушить голову и переодеться.
– И как ты объяснишь отцу, что ты в другой одежде? Если он решил проследить за тобой здесь, то есть вероятность, что он запомнил, в чём именно ты вышла из дома.
– Вероятность есть, но джинсы я возьму у твоей жены, вряд ли он запомнил, какие именно на мне были штаны. А футболка… пролили чай. Или молоко, когда кормили Нейта.
– Иди уже, – устало сказал я, – пока он не заявился.
Кейт кивнула и убежала наверх.
Что-то было с ней не так. Она была заплаканной и расстроенной. Я набрал номер Марка.
– Что? – грубо ответил мне голос.
– Что случилось с Кейт?
– Спроси у неё сам.
– Спросил, она не отвечает.
– Ничем не могу помочь.
– Марк, ты что, обидел её?
Молчание на том конце провода подтверждало мои подозрения. Но почему? Он так отчаянно ждал встречи…что он сделал?
– Ты можешь приехать ко мне через час? – спросил я, понимая, что перед завтрашним слушанием в суде я, вместо того, чтобы выспаться, пытаюсь решить сердечные дела тех, кто должен разбираться в них сам.
– Она будет у тебя? – снова грубо спросил он.
– А ты хочешь, чтобы была? – уточнил я, стараясь не переходить на грубость.
– Да. То есть, нет. То есть…отвали и не доставай меня своими вопросами!
– Узнаю Марка, – хмыкнул я, – нет, её не будет. Я хочу поговорить лично с тобой.
– Поговорить или вправить мне мозги?
– Это зависит от того, что именно ты сделал.