– Я же сказала, что простила тебя. Всё в прошлом. А Марк… – впервые мне было настолько тяжело произносить его имя. Встреча с ним перечеркнула все желания и стремления. Лучше бы не было этой встречи. Лучше бы я жила с мыслью, что он погиб.
– Марк – это человек, мужеству которого можно позавидовать, – продолжил говорить отец, не обращая внимания на мой погрустневший вид. – Несмотря на то, что произошло, несмотря на то, что он потерял тебя, стал ограниченным в своих возможностях, он не потерял самое главное – себя. И мне жаль, что я понял это только сейчас. Но я хочу, чтобы ты поехала к нему, чтобы ты снова улыбалась так, как улыбалась, когда жила с ним.
– Это невозможно.
– Улыбаться?
– Нет, поехать к Марку. Хотя поводов улыбаться у меня становится всё меньше.
– Почему?
– Потому что я обманула тебя. Я уже была у Марка, я встречалась с ним сегодня. Вот только встреча прошла не так, как я думала. Он был груб, он обвинял меня в том, что я не пришла к нему в больницу. Он говорил о том, что если бы я хотела, то нашла бы возможности. Да и вообще он наговорил столько всего, что я не уверена, что это была хорошая идея – встретиться с ним.
Отец вздохнул, разочарованно хлопнув кулаком по столу.
– Конечно, он будет зол. Он был один столько времени, он ждал, что ты придёшь и поможешь ему справиться со своим горем, своей трагедией. Поставь себя на его место – он жил в неведении все эти дни, для него ты – женщина, которая не захотела видеть его после того, что случилось. Ему не нужны причины, по которым ты не хотела с ним видеться. Ему нужны причины, по которым ты хочешь видеться с ним сейчас. Или захочешь в будущем.
– Ты говоришь практически его словами, – усмехнулась я, – что с тобой?
– У вас с Марком есть очень хороший друг. Друг, который умеет правильно преподнести нужную информацию.
– Ты о Томе?
– А о ком ещё? Конечно, о нём. Пока ты была наверху, Том попытался донести до меня то, о чём я и сам должен был догадаться. Но иногда даже умному человеку нужна помощь, чтобы осознать свои ошибки. Ты сказала Марку правду?
– Конечно, нет, – я покачала головой, – он не дал мне и слова сказать.
– Ты хочешь встретиться с ним ещё раз?
Этот вопрос я задавала себе уже несколько раз за последний час. Хочу ли я встретиться с ним? Хочу. Потому что осталось слишком много открытых вопросов. И я должна сказать ему правду. Правду, которую скоро я всё равно не смогу скрывать. Но для того, чтобы поговорить, нужно заставить его слушать. А заставить слушать Марка тогда, когда он не хочет – задача не из лёгких. Если только перекрыть ему пути к отступлению.
– Пока ты размышляешь над тем, чего ты хочешь, я скажу ещё кое-что. И поедем домой, пока твоя мама не сошла с ума от переживаний. Пока ты жила в Австрии после того, что случилось с твоей сестрой, я очень много думал о том, правильно ли я поступил. Я до сих пор так и не знаю, как оценить свой поступок. Но всё время, пока ты находилась там, вдали от нашего дома, от своего дома, я представлял, что вы с сестрой находитесь рядом с нами. Я завёл счёт, на который перечислял небольшие суммы – возможно, я таким образом откупался от своего поступка. Возможно, пытался вообразить, что даю вам обеим деньги на ваши желания и развлечения. Хотя вы об этом никогда не просили. Когда ты вернулась домой, я по старой привычке так и продолжил класть деньги на этот счёт. Там скопилась сумма, которую я хотел просто отдать тебе позже, чтобы ты потратила её на то, что захочешь. Но сегодня я осознал, на что я потрачу эти деньги. На то, чтобы ты снова обрела своё счастье. У тебя есть три дня, чтобы убедить Марка поехать с тобой в небольшой отпуск. Я забронировал вам дом в деревне у подножия гор. Там нет большого скопления людей, вы сможете провести время вдвоём, разобраться в своих отношениях, отвлечься от городской суеты и просто поговорить. Или помолчать.
– Пап, я даже не знаю, сможет ли Марк добраться туда, ведь он…
– Я знаю, что он маломобилен, но нет ничего невозможного для тех, кто любит.
Я кивнула.
– Насколько я знаю, у Тома завтра судебное слушание по делу об авиакатастрофе?
– Да, точно. Чёрт, я совсем забыла!
– Именно поэтому я дал тебе эти три дня. Не оставляйте его наедине с собой. Он помог вам, а вы должны помочь ему.
Я снова кивнула, судорожно пытаясь понять, как именно я могу помочь Тому? Я не имела к авиакатастрофе никакого отношения. Как и к авиакомпании, которой управлял Том.
– Поехали домой, – сказал отец, – завтра тяжёлый день.
***
Оказавшись в своей комнате, я впервые за эти дни думала не о себе и своих проблемах, а о том, что сказал отец. Про Тома и то, что ему нужна помощь. Идея пришла мне в голову совсем внезапно, и, возможно, поздно, но на войне все средства хороши.
Я набрала номер, скрестив пальцы и надеясь, что она ответит мне. Что не спит и что не проклинает за то, что я столько времени использовала её в своих целях.
– Кейт, привет! Ты чего так поздно? – сонным голосом ответила мне Лея.
– Мне нужна твоя помощь.
– Ты наконец-то решилась общаться с Марком не записками?