– Одна из моих вещиц должна особенно заинтересовать вас. Сегодня в клубе Задонская всё сокрушалась о каком – то браслете.
Из внутреннего кармана пиджака вытащил бесовское запястье.
– Не об этом ли?
Хладнокровие не покинуло Лизу, ибо примерно такой ситуации она и ожидала с той самой секунды, как заметила портрет – миниатюру, подсказавшую ей главное.
– Странно, как люди тянутся к чужим вещам. – Он пожал плечами. – Только, ради всего святого, не беспокойтесь ни о чем, Лиза. Я не причиню вам ни малейшего вреда.
– А это ваш браслет? – спросила она, в душе обозвав Андрея, упустившего вещицу, разявой и шляпой.
– Мой, – просто сказал Ягунин.
– Милый «Сиг»! – мрачно воззвала Лиза в душе к своему любимцу. – Нельзя было оставаться без тебя!
В этот момент она прокляла аппаратуру клуба, которая безошибочно засекала каждого вооруженного.
Решение пришло мгновенно.
Лиза уже протянула руку, чтобы взять чашку и плеснуть в лицо преступнику горячим кофе, но его хладнокровная рука опередила ее.
Всё произошло за долю секунды.
На уровне своих глаз Лиза увидела указательный палец с массивным перстнем.
Ее пронзила догадка о том, что так были убиты Настя и Лу – Лу. Ягунин согнул палец – и Лизу что – то кольнуло в горло, будто вонзилась крошечная стрелка.
Последней мыслью неопытного детектива было:
– Перстень – это лук. Его колчан набит отравленными стрелами.
Неотразимый по обаянию уголок Земли и России – Арбат – с утомленной улыбкой, приправленной сиянием розовых огней, вплывал в сентябрьский вечер. Не обеспокоенный пока мрачными предчувствиями, Андрей шел по старинной улице расслабленной походкой русского повесы или американского плейбоя.
Хотелось наплевать на то, что одно из первых дел явно ускользало от их с Лизой контроля. Изощренный ум и бессердечность преступника то и дело оставляли их в дураках.
Сейчас для Андрея подозрительны были практически все знакомые по клубу: и Леонид Гридин, и Михаил Пращур, и Сергей Ягунин, и Никита Калюжный – чьи фотографии он захватил с собой.
В портмоне лежала и физиономия Рибока – стоило ли исключать тренера из списка подозреваемых лишь оттого что он сверзился с небес в этой экзотической клетке? В конце концов, он сам мог подстроить свое падение в бездну. Легковерному, ему могло показаться, что таким образом он отведет от себя подозрения.
Исключение составили только прекрасные дамы. Ни Лунц, ни Задонская не могли претендовать на роль Князя. Кроме того, все эффектные женщины были для Андрея потенциальными «женами Цезаря», а, как известно, эти жены – вне подозрений.
По мнению детектива, так или иначе таинственный Князь был причастен к преступлениям: если не совершал их сам, то явно многое знал, поэтому и не являлся миру.
Когда Андрей постучал в массивную дубовую дверь сувенирной лавки, сверху донеслась чарующая музыка – настолько притягательная, что он невольно поднял голову.
Его взору предстал освещенный виноградными люстрами эркер ресторанчика «Держу пари» и любопытный официант в окне.
Хитрая мордочка, прическа, как у полового в царском трактире, выдавали его принадлежность к той породе расторопных парнишек, которые не сумняшеся бойко делают свою карьеру в любые времена при любом строе: при социализме – в залах заседаний комсомольских посланцев, при капитализме – в ресторанных или биржевых холлах.
– У парнишки явная тяга к интересной информации, – подумал Андрей. – Надо потолковать с ним. Даю правую руку на отсечение: он или Эдик или Виталик – другое имя к нему никак не приклеишь.
Согласно велению настойчивого стука дверь нехотя приоткрылась.
В проеме стоял Витек – со своим фирменным хохлом на голове, в кожаной жилетке, как и в прошлый раз.
По его взгляду Андрей понял: круг знакомств мастера – Алешки с Патриарших – столь велик, что для Витька узнавание вырастает в настоящую проблему.
Это было только на руку детективу.
– Привет, – бросил он. – Я к Алешке.
Витек молчал.
– Не пригласишь?
– Приглашу, – глухо буркнул тот. – В морг.
Такого крутого поворота не ожидал даже детектив.
К концу этого дела они с Лизой, видимо, будут бродить по кладбищу среди знакомых могил и возлагать прощальные цветы.
– Что с ним?
– С ним – смерть. Инфаркт. Сегодня утром или в полдень.
Дальнейшая беседа разъяснила: Алешка хотел провести учет в лавке, поэтому не открывал ее сегодня.
Когда Витек часа в три прошел через служебный вход, мертвый Алешка, рухнувший со стула, уже лежал на полу.
Подъехавшие медики сразу поставили диагноз – инфаркт.
В лавке было пусто и мертвенно.
Томительно – приторный запах, которым тянуло из приоткрытой двери, раздражал нервы настолько, что Андрей не сдержался:
– Вонь такая, как будто в соседней комнате трупы бальзамируют!
Витек горько усмехнулся.
– Это еще одно хобби покойного теперь Алешки. Любил колдовать над всякими снадобьями. Иногда получалось что – то среднее между духами и ядами.
Последнее насторожило Андрея.
– Странное хобби.
– Доходное.
– Платили?
– Один чудак, Кристиан, отваливал по двести баксов.
– Кристиан? Иностранец?
– Да нет. Из Питера. Мы его в насмешку между собой прозвали Кристианом – в честь Диора.
