- Да, конечно, а герои-одиночки самоотверженно решают их, - язвительно заметила Дарья-подсудимая, - но не заключается ли настоящий подвиг в том, чтобы заниматься своим делом и делать его профессионально? Ведь ты моя коллега, Дарья, и ты могла бы стать героем, победив систему. Реформа школьного образования – это и моя мечта тоже. Здесь я приму наше сотрудничество. Но для этого тебе придётся передать правление этим городом в мои руки.
- Я и без твоей помощи могу решить проблему школьного образования, у меня хорошие отношения с президентом – он прислушается к моим советам, - неуверенно ответила Дарья-судья.
Дарья-подсудимая рассмеялась коротким, злым смехом.
- Когда наступает утро и луч солнца падает на президентскую подушку, Виталий Александрович открывает глаза – и сновидение слетает с его ресниц и стирается из памяти. Всё, что остаётся ему – лёгкое удовольствие от приятного сна, но в следующие два часа исчезает и оно: ведь что такое сновидение в сравнении с гонкой вооружений и военным конфликтом на территории твоей огромной страны!
Зоркий глаз девушки успел подметить, как померк блеск в глазах её судьи.
- С помощью Царства Гипноса не решить земных проблем, - с удвоенной энергией принялась она убеждать её, - присоединяйся к нам, доверься моему практичному руководству и вернись к привычному образу жизни. Ты веришь словам Гипноса – и напрасно! Он всего лишь бог Мира Сна, но не Высшая Сила, в чьей власти действительно находится твоя судьба. Тебе ещё предстоит познать любовь и счастье материнства. Оно заложено в тебе самой природой. В Мире Сновидений у тебя никогда не будет детей. Твоё человеческое сознание не вынесет мысли вечного одиночества.
- Гипнос будет со мной, - голос Дарьи-судьи звучал всё тише, она избегала смотреть на профессора и друзей.
- Гипнос не знает ни радости, ни проблем отцовства – ему ли сокрушаться? Это станет причиной вашего непонимания и породит другие причины. Это всё равно, как если бы звезда и светлячок решили заключить союз – цель вроде одна, но от их совместного сияния не станет больше света вокруг. Ты светлячок, Дарья, светлячок в силу своего человеческого сознания.
На несколько минут над площадью повисла тишина. У Шмаля от волнения разболелась голова, и каким бы великолепным психологом профессор ни был, он не мог без досады смотреть на ликующее лицо подсудимой.
- Значит, я должна избавиться от него, - медленно произнесла Дарья-судья.
- Избавиться от чего? – настороженно посмотрела на неё Дарья-подсудимая.
- Я должна уничтожить своё человеческое сознание, - повторила Дарья-судья, и увидела, как отпрянул от неё Зигмунд Шмаль. Ей даже показалось, что на его голове зашевелились волосы. Но она не стала ничего объяснять. Не глядя ни на кого, она поднялась с места и зачитала приговор. В дрожащем от напряжения воздухе всколыхнулись трибуны.
- Я приговариваю Дарью к смертной казни.
Она повернулась, чтобы уйти, но взгляд приговорённой сверлил её спину, и она приказала себе ответить на него. Лицо Дарьи-подсудимой оставалось спокойным, только скулы побледнели.
- В этом городе приговор приводит в исполнение тот, кто вынес его, - сказала она, - но ты не сделаешь этого. Ты же не убийца, Дарья.
- Нет, - улыбнулась судья, - я всего лишь светлячок, но я клянусь – мой свет охватит весь мир, и тогда звёзды померкнут.
- Нет! – задрожал голос Дарьи-подсудимой. – Ты не убьёшь меня! Я не сдамся!
- Приговор привести в исполнение тотчас, - жёстко сказала Дарья, - разложите костёр!
На трибунах начались безобразия: люди выкрикивали не то слова одобрения, не то угроз; тут и там вспыхивали драки. Всё больше людей вовлекалось в них, и Дарья-судья попросила ускорить казнь.
- Дарья, - пробормотал Зигмунд Шмаль, стараясь не глядеть на приготовления, - много разных снов я посетил, но твой представляется мне самым безумным. Умом я понимаю, что всё это игры сознания, но Господи, как они реальны! – воскликнул он, краем глаза заметив, как девушку привязывают к столбу. – Как всё впечатляюще выглядит! Я почти готов поверить в реальность происходящего!
- Поверьте, профессор, - сказала ему Дарья, - и тогда сорокалетние поиски ответов на Ваши вопросы окажутся не такими уж бесплодными.
Она спустилась в центр, держа в руках зажжённый факел, окружённая ревущими и воюющими трибунами.
- Нет! Не убивай меня! – напрасно кричала и извивалась у столба девушка.
Дарья молча поднесла факел к соломе, и она вспыхнула, моментально охватив пламенем ноги Дарьи-подсудимой.
- Прощай!
Она молча смотрела, как языки огня слизывают кожу с лица её близнеца, обнажая мышцы и сети сосудов, и как в последнем крике свело судорогой рот. Вскоре столб чёрного дыма повалил в небо и застлал горизонт. Трибуны постепенно опустели, потом исчезли, сквозь голубеющие небесные прогалины стало видно, что площадь приобрела прежний вид. Рядом с Дашей остались её друзья и профессор.
- Казнь состоялась, - нарушил молчание Гейст, - теперь ты, Дарья, единственная правительница этого города.
- Ты заслужила этот титул, - сказал Ноубл, - никто не имеет права оспорить его теперь.
