Таков ответ на упрек механистов, что деборинцы «передержались» на Гегеле. Вокруг этой декларации деборинцев развернулась интенсивная борьба. И. Степанов публикует открытое письмо Обществу воинствующих материалистов, в котором выражает протест в связи с обвинениями, выдвинутыми против него и его товарищей [2-32]. По тому, как реагировали диалектики, опубликовавшие в следующем же, четвертом номере журнала три «Ответа», можно судить, что письмо Степанова вызвало соответствующий отклик среди читателей, и деборинцы решили нейтрализовать его. Н. Карев пишет «Письмо в редакцию», Вас. Слепков – «Замечания к письму тов. И.И. Скворцова», а «Ответ тов. И.И. Скворцову» подписал Президиум «Общества воинствующих материалистов». Здесь, пожалуй, впервые целый авторитетный орган в такой острой форме предал анафеме взгляды механистов.
«Мы открыто заявляем, что и вы, тов. Степанов, и ваши сторонники также ревизуете диалектический материализм, т.е. марксизм-ленинизм» [2-33].
Механисты, видя, что деборинцы обладают такими сильными рычагами официальных организаций, а также что публикация статей, хотя и сильных, страстных и убедительных, не приносит им желаемого результата, решили организовать публичный диспут - нечто вроде противовеса возможным официальным собраниям. При таких условиях 19 декабря 1927 г. состоялся диспут в помещении московского театра им. Мейерхольда.
Тема: «Коренные вопросы диалектического материализма». Механисты пригласили всех желающих, в том числе, естественно, и диалектиков. Последние приняли приглашение, но «отказались афишироваться по городу наряду с механистами, так как основные проблемы марксизма вовсе не являются темой для подобного рода диспута, уже не говоря о диспуте, участие на котором открыто для всех, в том числе для буржуа и их идеологов» [2-34].
По городу были развешаны афиши, против которых они возражали. С докладом выступила Л. Аксельрод. Отчет о дискуссии был дан в первом номере журнала «Под знаменем марксизма» за 1928 год. Но - весьма тенденциозно. Основной доклад Л. Аксельрод не был там опубликован - опубликовано лишь краткое изложение, - а выступления А.К. Тимирязева, В. Сарбьянова, С. Перова, А. Варьяша удостоены буквально нескольких строк. Зато выступления деборинцев Н. Карева, Г. Дмитриева, С. Левита, И. Подволоцкого опубликованы полностью.
Доклад Аксельрод опубликован лишь в книге автора «В защиту диалектического материализма», вышедшей в 1928 году. Он носил название «Коренные вопросы диалектического материализма». На негодование Аксельрод, почему журнал позволил себе дать отчет о диспуте в сокращенном виде, приложив к нему стенограмму речей ораторов, выступавших в защиту позиций деборинской школы, ответил Ник. Карев. Он писал, что элементарным правом всякого журнала или газеты является давать отчеты о тех или иных собраниях по своему усмотрению, уделяя большее или меньшее место тем или иным выступлениям. Аксельрод, напоминает он, очевидно, забыла уже, что в свое время социал-демократическая печать также регулярно давала отчеты хотя бы о прениях в Государственной Думе, излагая полностью речи своих депутатов и вовсе не считая нарушением «простых законов права и нравственности» сокращение речей «правых зубров и либеральных болтунов». С каких же пор, возмущается Карев, в наши дни марксистский журнал обязан предоставлять свои страницы ревизионистской проповеди? [2-35]
Ответ, конечно, не убедительный, аналогия весьма условна. Ник. Карев, может быть, это понял через три года, когда к власти пришли другие руководители-философы, и уже они по своему усмотрению решали, дать ли ему, Кареву, место в том самом журнале, в котором он до этого считал себя вправе так грубо навязывать свою волю другим.
В целом диспут вызвал большой интерес: достаточно сказать, что он окончился в 1 час. 30 мин. ночи.
Какие вопросы там были затронуты, и приведены ли новые документы, новая аргументация? Коротко можно сказать: затронуты те же вопросы, что и в течение всего периода дискуссии, а новых аргументов от такого рода диспутов ожидать, по-видимому, не приходится - задача у них обычно иная. За одну ночь вряд ли можно сказать больше, чем то, что сказано и напечатано за несколько лет в книгах, статьях многих авторов. Дискуссия имеет значение в другом, общественно-политическом смысле, указывая на тот интерес, который царил в стране к философским вопросам, поднятым в ходе борьбы между диалектиками и механистами.
