Так хотелось расспросить кого-нибудь, вот только я не доверяла ни одному из присутствующих мужчин. Один располагал к себе, второй отталкивал. Последний делился, а первый не давал.
Как еще голова не разболелась от всех этих странностей? Их слишком много для одного утра.
Я чувствовала себя куколкой, которая вскоре превратиться в прекрасную бабочку и полетит. Сидела, медленно согревалась. И если тело быстро пришло в норму, то внутри все застыло, сковало прочным холодом. Словно Дрэйк как-то повлиял на меня. Расспросить бы его. Хотя вряд ли мужчина что-либо мне расскажет.
Огонь подрагивал, плясал. Я за ним наблюдала. Потягивала уже остывший чай, но не выпускала кружку. Слышала шаги за спиной. Замечала краем глаза перемещения Ройса, который подкидывал в камин поленья, периодически интересовался моим самочувствием, подкармливал блинами, свернутыми в трубочку.
Я не сопротивлялась. Ела, пила. Была благодарна. Правда, из кокона не вылазила.
Холодно.
— Извини, Вивиан мне нужно ненадолго отойти, — сказал мужчина, едва скрипнула дверь.
Я обернулась. Увидела Дрэйка, сразу вытянулась в струнку, почувствовала внутреннее напряжение и… страх? Нет, что-то другое, странное, необъяснимое. И следовало бы дать ему определение, но Лиар загородил своей спиной обзор и произнес грозно:
— Поговорим? На улице!
Мужчина подхватил теплый плащ, вышел следом за Дрэйком. Я честно хотела дальше притворяться гусеницей, но любопытство взяло верх.
Поднялась, мелкими шажками двинулась к выходу, приоткрыла дверь, но ничего не услышала. Пришлось просовывать голову и вылазить на холод. Но я ведь укутана, теперь не страшно. Да, внутри по-прежнему что-то не так, но тело-то давно согрелось.
Первыми были звуки какой-то возни. Грохотало в сенях.
Дрались. Снова!
— Ублюдок, не смей больше к ней прикасаться! — замахнулся Лиар, но не попал в лицо, кулак скользнул по уху его кузена и врезался в стену.
Дрэйк явно был более опытен в рукопашных боях. Зарядил в солнечное сплетение, да так, что противник отлетел прямо на мой сложенный инвентарь. Ироды!
— Не тебе решать, кого мне трогать. Твои щенячьи хотелки — последнее, на что я буду опираться, — заявил брюнет и замахнулся.
Лиар саданул ему в лицо ногой. Я поморщилась — больно, наверное.
— Вивиан моя, уясни! Ты — лишний! Всегда будешь лишним! — огрызнулся Ройс.
Он бросился на кузена, повалил его. Завязалась борьба. Мужчины скинули мой еще уцелевший инвентарь, сломали маленький стульчик, который зачастую меня очень выручал, как-то переместились к крыльцу, скатились по ступеням и дальше вниз, на снег.
Вставали, били, падали, катались, нападали, отталкивали, уже шатались.
Аристократы, называется. Дрались, как сцепившиеся дворняжки, что-то выкрикивали, шипели. Оставляли красные пятна на белом.
— Исчезни, наконец! Ты как кость поперек горла! — заорал Лиар и снова ринулся на соперника.
Правда, силы были истрачены. Он пошатнулся, сам упал и уперся кулаком в снег. Вскинул голову на покачивающегося кузена.
— Она моя, — сказал тише. — Не мешай.
— Ты дурак, Лиар. Очнись и поумней. Ведьма никому не принадлежит. Ни тебе, ни мне. Она сама будет…
Дрэйк заметил меня, недовольно поморщился, будто один мой вид вызывал в нем оскомину на зубах. Ройс тоже повернул голову.
Моментально оказался на ногах. Подбежал, поднял меня, понес в дом. И вроде бы до этого стоял неуверенно, но теперь двигался быстро. Усадил обратно на стул, потянулся к моей щеке, но заметил кровь на руке и убрал ее за спину.
— Ты не должна была этого видеть. Прости.
— Тебе не за что извиняться. Наоборот, девушкам обычно льстит, когда за них дерутся мужчины.
— А тебе? — вместе с этим вопросом повеяло стужей.
Я повернула голову. Дрэйк стоял на проходе, даже не подумав закрыть дверь. За его спиной блестел снег, завывал ветер. Полы черного плаща колыхались. Вокруг ног уже образовывалась лужа.
— Не обращай на него внимания, — осторожно, чтобы не вымазать, коснулся моего подбородка Лиар. — Ему отец мозги отбил в детстве, вот и не понимает, как правильно общаться с людьми.
— Не говори так, не делай чужое горе предметом шутки — это низко, — попросила я.
Мужчина на миг застыл, но быстро стал тем самым улыбчивым человеком, который недавно окружал меня заботой, согревал.
— Я пойду умоюсь. Если он будет к тебе приставать — кричи, поняла?
— Да.
Лиар бросил грозный взгляд на кузена. Быстрым шагом направился в ванную комнатку. Я же сосредоточила все свое внимание на игре язычков пламени в камине.
Дрэйк принес стул, сел неподалеку, широко расставив ноги, да так, что голенью прикоснулся к моей.
— Согрелась?
Все еще в одежде, в обуви. Я прямо услышала, как в моем кармане пищит Шелли и жалуется, что ее лапкам будет неуютно. Грязный, с запекшейся кровью на виске и губах.
Вроде бы просто вопрос, но мне от него стало неуютно. Будто я неправильная какая-то, ведь не могла нормально согреться у камина, словно сломалась. Внутри продолжало сковывать льдом. Но вроде бы тепло, должна была оттаять я — нет, мерзла.
