– Твой член такой классный, – выдохнула она отчаянным и хриплым голосом. Ее ногти бездумно впивались мне в спину. – Люблю, когда ты внутри меня.
Для меня похвала Эллы значила больше, чем признание всего мира разом. Она знала, какой эффект ее слова оказывали на меня: я полностью потерял связь с реальностью, толкаясь в нее и полностью поддавшись охватившим меня эмоциям. Я чувствовал, как внутри меня что-то натягивается, как резинка, готовая вот-вот лопнуть.
– Да, – простонала она, – кончи со мной, я хочу это почувствовать…
Элла вздрогнула и впилась зубами мне в плечо, когда ее сотряс еще один оргазм. Ее мольбы всегда срабатывали, я не мог противиться желанию в ее голосе. Ее имя на моих губах прозвучало словно молитва, когда и я достиг резкой, пульсирующей кульминации.
Я перевернулся на спину и рухнул рядом с Эллой.
– Я люблю тебя, – она наклонилась и нежно поцеловала меня в плечо. – И Кинг-Хрена тоже.
Я счастливо ухмыльнулся.
– Мы тоже тебя любим, детка.
Некоторые семьи наряжаются для Дня благодарения – в джинсы там, юбки, рубашки, блузки. Но только не моя. Легинсы и толстовки не только позволялись – они активно поощрялись. Хуже не придумаешь – переусердствовать и затем незаметно расстегивать джинсы под столом. Лучше уж заранее подготовиться и надеть эластичные штаны, которые позволят поглотить любое количество пирогов и картошки.
Блейк подумал, что я пошутила, когда сказала, что каждый квадратный сантиметр поверхности нашей кухни будет уставлен блюдами и тарелками. Когда он зашел домой, поиграв в «американский» футбол с моими отцом и братом, его челюсть отвисла. Он ошарашенно наблюдал, как Мерфи по пятам следует за мамой, выпрашивая кусочки еды.
После ужина мы все впятером впали в пищевую кому. Блейк попробовал все, что приготовила моя мама, – чем заработал ее широчайшую улыбку, – но теперь жаловался, что ему жмут даже самые широкие штаны. Тайлер распластался на полу и заявил, что если пошевелится, его вырвет. Маму это не остановило. Ничто не могло помешать нашему праздничному турниру по скрэбблу. Даже неспособность Блейка произносить слова по-американски. Когда он начал использовать и британские, и американские варианты произношения в зависимости от того, что ему больше было на руку, едва не разразилась новая мировая война.
– Я сомневаюсь в этом слове, – в десятый за последний час раз заявил Тайлер. – Слово «мультифора» кажется выдуманным.
Я медленно выдохнула через рот. Если Тайлер продолжит в том же духе, игра затянется на всю ночь.
– Это реальное слово, Тай. Они так называют файлы в Англии.
– Они называют наши прозрачные папочки «мультифорами»? – Неверие в его голосе было практически комическим. – Ты же шутишь, верно?
– «Люверс» было настоящим словом, – нейтральным тоном вмешался отец. – Я не думаю, что он его выдумал.
Тайлер фыркнул и принялся искать это слово в телефоне. Блейк наблюдал за ним с улыбкой. Эти двое с самого момента знакомства соперничали практически во всем. Футбол, видеоигры, кто больше поднимет. Теперь вот скрэббл.
– Черт, черт, черт, – выругался Тайлер себе под нос. – Это чертов британский файл.
– Юноша, следи за языком, – хором осадили его родители.
Блейк добавил к своему счету двадцать восемь очков за бонусные клетки, через которые прошло его слово. Теперь он опережал Тайлера на пять очков. Кажется, ни одному из них не было никакого дела, что я уделывала их обоих очков на двадцать. Я как раз начала отключаться во время хода моей мамы, когда зазвонил телефон. Поднявшись на ноги прежде, чем кто-либо успел возразить, я направилась в кабинет отца, чтобы ответить на звонок.
– Алло? – произнесла я.
– Элла! – поприветствовала меня Реми. – Как ты?
– Сейчас лопну, – я уселась в огромное офисное кресло отца. – Я, кажется, съела индейки и кукурузного хлеба столько, сколько вешу сама.
– Надеюсь, тебя набивают несколькими способами, – пошутила она. А потом внезапно разразилась чередой ругательств. – Бог мой, сегодня же День благодарения! Мне так жаль, я не хотела тебя отвлекать. У меня совершенно вылетело из головы.
– Да ты не волнуйся, – заверила я. – Мне не помешает перерыв от скрэббла. Игра становится немного напряженной.
Ее заразительный смех действовал даже через телефон.
– Ну я звоню тебе сказать, что изучила твой бизнес-план, и он просто блестящий.
– Правда? – я покрепче сжала телефон, чтобы он не вывалился из моей ставшей влажной руки. – Я могу справиться с критикой, если ты считаешь его плохим.
– Он великолепен, Элла, – заверила меня Реми. – Мне понравилась эта смесь интервью и комментариев. А то, как ты решила сегментировать эпизоды? Так умно.
Я и не сознавала, что затаила дыхание, пока с шумом не выдохнула. Когда Реми предложила изучить мой бизнес-план, я знала, что будет глупым отказываться, ведь она покорила мир независимых подкастов.
– У меня есть парочка идей, – продолжила она, – но мы можем обсудить их завтра. Я не хочу мешать твоему времени с семьей.
