– Прошлым вечером мы с твоим отцом смотрели рейсы, – сообщила миссис Голд. – Полагаю, мы сможем прилететь на первую гонку следующего сезона, а затем остаться ненадолго в Лондоне, чтобы застать вечеринку по поводу выхода книги. Что думаешь?
Элла своровала клубничку с моей тарелки.
– Будет весело. А папа сможет взять такой большой отпуск?
– Скорее всего, ему придется несколько дней поработать удаленно, – ответила миссис Голд, затем повернулась ко мне: – Блейк, ты не будешь против, если мы прилетим на первую гонку сезона? Наверняка это довольно тяжелое время для тебя. Может, нам следует посетить другую гонку?
– Что, простите? – Я откашлялся. Для меня эти новости стали полным шоком.
– Мы хотим посмотреть на то, как ты гоняешь. – Ее улыбка была идентичной улыбке Эллы, за минусом ямочки. – Превратим это в семейную поездку.
– Вы вовсе не обязаны. – Мои щеки вспыхнули от удивления, я начал запинаться. – Я, эм, не хочу вас заставлять.
– Ну разумеется, мы придем! – миссис Голд коснулась моей руки и слегка сжала ее. – Мы хотим поддержать тебя.
– Благодарю вас, – пробормотал я, быстро кивнув. – Первая гонка сезона вполне меня устроит.
Миссис Голд начала оживленно рассказывать, как рада будет увидеть меня в действии. Возникшее в груди чувство было мне незнакомо. За несколько дней в Чикаго Голды проявили больше интереса к моей карьере, чем мой отец за всю мою жизнь.
– Тайлер скоро прилетит, – напомнила маме Элла, – хочешь, мы встретим его вместо тебя?
– Благодарю, дорогая, но я сама его заберу. – Миссис Голд встала из-за стола, собрала пустые тарелки. Я вызвался было помочь ей, но она отмахнулась от меня.
Мы с Эллой переглянулись в предвкушении. «Одни дома? О да!» Я действительно прошел «полный курс старшеклассника», стараясь не шуметь и оставаться незамеченным, пока мы кувыркались в постели. Наш секс последние дни протекал неспешно, с медленными толчками и произнесенными шепотом «Я тебя люблю». Не поймите меня превратно, это было замечательно, но я отчаянно соскучился по полноценным стонам Эллы во время оргазма.
Стоило нам услышать, как закрывается дверь гаража, как мы мигом припустили к комнате Эллы, запинаясь друг о друга в бешеной спешке. Оказавшись внутри, я пинком закрыл дверь, оставив скулящего Мерфи с другой стороны. «Не могу сказать, что мне жаль, приятель».
Одежда соскользнула на пол, а мы рухнули на кровать. Я забрался на Эллу и жадно впился своими губами в ее. Мой член стоял так, что вот-вот отвалился бы. Она отвечала настойчиво и нетерпеливо, будто ждала, что я окажусь везде.
– Хочу тебя, – всхлипнула она, помещая мою руку между своих ног и демонстрируя, насколько она влажная.
Я застонал, почувствовав, как она меня хочет, и медленно вставил один палец внутрь нее. Элла мгновенно изогнула спину, ее идеальная грудь вздымалась и опадала от желания. Мой рот наполнился слюной от одного ее вида. Я втянул ее правый сосок между губами, покружил языком вокруг набухшего бутона. Пока я переключался между ее грудями, Элла стонала так, словно ее для этого создали. Я вставил второй палец, лаская и гладя ее изнутри до тех пор, пока она не начала тереться о мою руку, требуя большего.
Я медленно опускался вдоль ее тела, покрывая поцелуями каждый сантиметр тела и покусывая нежную кожу на внутренней стороне ее бедер. Счастливые стоны, срывавшиеся с ее губ, кружили мне голову. К черту исследование городов! Я хотел исследовать тело Эллы каждую секунду каждого дня.
Я медленно провел языком по ее клитору, посасывая чувствительный комочек именно так, как ей нравилось. От комбинации моих пальцев внутри и моего языка снаружи Элла застонала от удовольствия. Как же хорошо, что мы остались одни. Я хотел довести ее до края. Знать, что она нуждается во мне так же отчаянно, как я в ней. Мое желание довести ее до оргазма оказалось быстро вознаграждено. Ее бедра задрожали, и она кончила, волны удовольствия пульсировали по ее телу. Я не двигался до тех пор, пока Элла аккуратно не оттолкнула мою голову в сторону – она сделалась слишком чувствительной, чтобы продолжать.
– Я меняю свою последнюю трапезу на тебя, – я подмигнул, – детка, твоя киска – идеальна.
Она расхохоталось, ее тело подо мной вибрировало от смеха.
– Это единственная вещь, которую ты не можешь включить в свою последнюю трапезу.
Прижав ладони к моим щекам, она коснулась своими губами моих. Ее дыхание медленно возвращалось в норму, зрачки расширились, губы слегка опухли. Я торопливо схватил презерватив, натянул его и толкнулся внутрь. Медленно, очень медленно, так, чтобы она почувствовала каждый миллиметр. Элла издала самый грязный стон, что я когда-либо слышал.
– Проклятье, – простонал я. Входить в нее было потрясающе. – Ты всегда такая узкая.
Я глубоко вошел в нее, мое тело пульсировало от желания. Наши бедра двигались в бешеном темпе, моя лобковая кость терлась о клитор Эллы под идеальным углом. Она издавала совершенно греховные звуки, и я никак не мог ими насытиться.
