– Джилли, ты
– Но я не шучу! Конечно же, не собираюсь разъезжать в своем экипаже! Я воспользуюсь почтовым дилижансом или наемной каретой… или чем-нибудь в этом роде. Потрясающе! За всю свою жизнь я ни разу не ездил в почтовом дилижансе. Всегда только в своем собственном экипаже!
– Не стоит полагать, что поездка в дилижансе имеет хоть что-то приятное, – сурово предостерег его Мэтью. – Если бы ты сделал это столько раз, сколько я…
– Но я этого не делал, и мне хочется на собственном опыте узнать, что представляет собой окружающий мир!
– Неттлбед в ту же секунду известит нашего дядюшку!
– Я в этом нисколько не сомневаюсь. Пусть извещает, все равно он не узнает, куда я подевался. Так что им это не поможет!
– Но не поедешь же ты без слуги!
– Я поеду один-одинешенек! Как обычный безвестный мистер Дэш!
– Нет, Джилли, не стоит этого делать! Я уже сожалею, что все тебе рассказал!
Герцог только рассмеялся в ответ.
– Мэтт, не будь глупцом! – воскликнул он. – Я же не отправляюсь в волчье логово! Кроме того, отлучусь всего-то на день-другой! Я не собираюсь теряться навсегда!
– Нет, но… Что, если Ливерседж тебя узнает? Этого нельзя исключить!
Герцог на секунду нахмурился.
– Я не думаю, будто такое возможно, – наконец ответил его светлость. – Если он рыскал по Оксфорду, когда я там учился, тогда он
– Весной ты был в Лондоне!
– Точно, но только не в том обществе, в котором вращается Ливерседж! Если бы ты лишь однажды увидел меня на улице, смог бы наверняка узнать при повторной встрече? Разумеется, если бы я был рослым и красивым парнем вроде Гидеона… Но я не столь приметен, Мэтт! Надеюсь, ты не станешь этого отрицать! Разве твой собственный отец не повторил бесчисленное количество раз, что я, к сожалению, совершенно неприметная личность?
– Да, но… то есть нет! – спохватился Мэтью. – Как бы то ни было…
– Как бы то ни было, я еду! Когда ты возвращаешься в Оксфорд?
– Я собирался отправиться туда завтра, однако семестр еще не начался. К тому же теперь, когда тебе пришла в голову эта безумная идея, мне лучше еще немного побыть в городе. Джилли, дядя Лайонел разорвет меня на части, если хоть что-то об этом узнает!
– Он ничего не узнает, – успокоил кузена герцог. – А тебе лучше уехать в Оксфорд, чтобы никто не заподозрил тебя в том, что ты имеешь отношение к моему побегу! Я напишу тебе туда, сообщу о результатах поездки. Но только не ввязывайся ни в какие скандалы, как от моего имени, так и от своего собственного! Если мне придется откупиться от Ливерседжа, я это сделаю. Относительно остального – а что такого со мной может случиться?
– Я не знаю, – обеспокоенно ответил Мэтью. – Но меня не оставляет ужасное предчувствие – что-то с тобой
На следующее утро герцог проснулся с приятным ощущением того, что его ожидает нечто очень хорошее. Вспомнив о своих планах, он был вынужден признаться самому себе, что переговоры с мистером Свитином Ливерседжем вряд ли сулят море удовольствия. Тем не менее перспектива побега из дому на три или даже четыре дня казалась ему достаточно привлекательной, чтобы компенсировать возможные неприятные последствия общения с мистером Ливерседжем. Его светлость ожидало увлекательное приключение, и он прокручивал в голове различные планы побега в ожидании чашки горячего шоколада, который должен был подать ему Неттлбед и коим во всех домах, находящихся во власти лорда Лайонела, до сих пор еще поутру, прежде чем подняться с постели, баловали себя их обитатели.
Было совершенно ясно, что недопустимо делиться с Неттлбедом даже намеком об этих намерениях, потому что он, без сомнения, настоял бы на необходимости сопровождать Джилли в запланированной поездке, куда бы герцог ни направлялся. Если же его светлость откажется взять с собой Неттлбеда, тот наверняка, не теряя ни секунды, известит дядю о бунтарском поведении племянника. Как помешать Неттлбеду сообщить лорду Лайонелу об исчезновении герцога, упомянутый племянник не имел ни малейшего представления, но надеялся, что в течение дня ему удастся что-нибудь придумать. Если же спасительная идея так и не озарит его рассудок и лорду Лайонелу станет известно о его похождениях…. Что ж, он успеет вернуться в Сэйл-хаус прежде, чем его светлость предпримет какие-либо нежелательные действия. И хотя его наверняка ожидает ужасающий нагоняй, по крайней мере он сможет насладиться своей мимолетной свободой.
