– Клянусь Богом, я его понимаю! – ответил лорд Лайонел. – Я не думал, что Белпер такой осел! Уже сожалею, что сообщил ему о приезде его светлости. Однако этого все равно недостаточно для того, чтобы убегать из города.
Стюард, слегка кашлянув, заметил:
– Ваша светлость, прошу прощения, но мне действительно показалось, будто его светлость немного не в себе. Вечером накануне… накануне дня, когда он нас покинул, он вышел из дому один. Он отказался брать свой экипаж и не разрешил нам вызвать наемный, милорд. Более того, я начал умолять его позволить нам хотя бы вызвать факельщика, но он выбежал из дому как ошпаренный, простите мне столь вольное выражение!
– Что ж, я представляю, что могло вызвать его раздражение, но это все равно ничего не объясняет! Должен признаться, столь долгое отсутствие меня немного тревожит, однако молодые люди беспечны, знаете ли! Завтра, если от него по-прежнему не будет известий, я осторожно наведу кое-какие справки. Капитан Уэйр должен знать его самых близких друзей. Уверен, мы сумеем довольно быстро разгадать эту тайну.
На столь оптимистичной ноте он отпустил Скривена. Однако, оставшись в одиночестве, еще очень долго сидел с нетронутым бокалом вина в руке, хмуро глядя на тлеющие в камине угли. Лорд вспомнил, как глупо разволновался Джилли, когда он затронул вопрос его женитьбы. Дядюшка надеялся, что племянник не впал в отчаяние, сделав предложение против собственной воли. Он был очень замкнутым, поэтому окружающие никогда не знали, что у него на уме. Вдруг его светлость вспомнил, как Джилли посещала странная идея отправиться в Лондон в одиночку и остановиться не в своем доме, а в отеле. Ему начало казаться, что у племянника действительно с самого начала было желание сбежать от домочадцев. Но причины этого оставались для лорда Лайонела непостижимыми. Если бы Джилли был сумасбродным повесой наподобие Гейвуда, можно было бы предположить, будто он решил развлечься с женщинами. Но приписать такое намерение бедняге герцогу было бы верхом нелепости. Лорд Лайонел очень надеялся на то, что его сын сумеет пролить свет на проблему, которая тревожила его все сильнее.
Его светлость провел беспокойную ночь. Он спустился к завтраку в надежде, что его уже ждет письмо от заблудшего племянника. Однако, несмотря на то что мистер Скривен каждый год выплачивал почтовой службе сумму в один фунт из доходов герцога в награду за раннюю доставку корреспонденции, письма́ внизу не было. Разумеется, теперь уже ситуация не выглядела такой безнадежной, какой она представлялась ему глубокой ночью, но есть лорду Лайонелу все равно не хотелось, и его завтрак остался практически нетронутым. Он был резок с Борроудейлом, грубо обругал Неттлбеда, а когда ему доложили о прибытии капитана Белпера, милорд отдал лакею приказание сказать незваному гостю, что он уже ушел.
Впрочем, действительно очень скоро лорд покинул стены Сэйл-хауса. Проведя все утро в клубах «Уайт» и «Будл», являясь человеком весьма неглупым, он быстро понял, что исчезновение Джилли стало главной темой разговоров высшего света. Стоило ему войти в комнату, как самые оживленные беседы мгновенно стихали, а из случайно оброненных намеков он, к своей ярости, узнал – все активно обсуждают роль его сына в столь волнующей загадке. Его светлость уже собирался отправиться в Олбани, как вдруг вспомнил об одном старом приятеле и решил вначале сходить на Маунт-стрит. Какие бы слухи ни ходили по городу, угрюмо размышлял он, Тимоти Уэйнфлит наверняка в курсе всего, о чем перешептывается столица.
Он застал друга дома. Тимоти, сгорбившись, сидел у камина в библиотеке. Лицо джентльмена было морщинистым, а глаза, взиравшие на лорда Лайонела, – удивительно живыми и проницательными. Хозяин с изысканной любезностью поприветствовал гостя, предложив ему кресло у огня и бокал хереса.
– Я счастлив вас видеть, мой друг! – произнес пожилой аристократ.
Однако лорду Лайонелу не показалось, что сэр Тимоти действительно рад, о чем его светлость с присущей ему прямолинейностью и сообщил своему другу.
– Дорогой Лайонел! – запротестовал сэр Тимоти. – Вы ко мне несправедливы! Поверьте, я и в самом деле всегда рад видеть вас! Как поживают ваши фазаны? Насколько я помню, в октябре вы обычно охотитесь на фазанов?
– Я пришел поговорить не о фазанах, – объявил ему лорд Лайонел. – Более того, вы не хуже меня знаете, когда начинается сезон охоты на фазанов!
В проницательном взгляде сэра Тимоти промелькнуло сострадание.
– Да, дорогой Лайонел, – сказал он, – но я предпочел бы говорить о фазанах, чем о… э-э-э… о том, о чем вы хотите со мной побеседовать!
– Значит, вы слышали об исчезновении моего племянника? – уточнил лорд Лайонел.
– Все слышали об этом, – улыбнулся сэр Тимоти.
– Да! Благодаря глупости стюарда Джилли, который, как мне стало известно, не сумел придумать ничего лучше, чем отнести эту новость в клуб «Уайт»! Мы старые друзья, Уэйнфлит, поэтому я жду, что вы расскажете мне, о чем говорят в городе! Ведь то, что услышал я, мне совершенно не по душе!
