Локи прикрывает глаза, самую малость отклоняется назад… Знает, что парень не отшагнет, что позволит опереться на себя. Что позволит показать, что ему доверяют, что и он должен доверять тоже…
— Ну, я думаю у тебя впереди красавица жена, двое милых детишек и… Насчет машины не уверен, нужно еще разок взглянуть на твою ладонь, а так… Все будет в порядке, я думаю… — Начать с дурацкой, пустой шутки, но сказать главное где-то в середине. Все правильно. Он отпивает какао, жмурится от тепла и от нежности, что окутывают/закутывают его будто в одеяло изнутри и снаружи. Тор позади вздыхает. — Тем более, ты не философ, не захламляй голову…
— Какой же ты несносный… — Тор на миг жмурится, страх, незаметно крадущийся по углам сознания, отступает. Он сам мягко прикусывает кончик чужого уха, — будто в благодарность за поддержку, — и Локи вздрагивает всем телом. Маленькие зефирки-лошадки в его какао мягко покачиваются, ныряют в шоколад с головой. — Я почти что уверен, что это никогда не изменится… Маленькая заноза.
— Мы знакомы всего четыре месяца, колючка!.. Ты еще столько всего обо мне не знаешь… — он тихо смеется и вдруг замирает. Моргает, шепчет: — Четыре месяца…
Его губы вздрагивают, не знают улыбнуться или же нет. Четыре месяца назад он прилетел сюда, чтобы обрести свой новый д… Нет. Нет-нет-нет-нет-нет.
Не думать. Нельзя думать об этом.
Если подумает, если только посмеет, если только позволит себе такую глупую, до дрожи счастливую мысль… Все рухнет.
Всегда рушится.
— Четыре месяца… Надо же, как время пролетело. А кажется только вчера я открыл дверь… — Тор качает головой, отставляет куда-то назад, на стол, свою пустую темно-красную кружку и обнимает мальчишку поперек талии. Тот надорвано хихикает.
— А я увидел на пороге самого жуткого засранца в своей жизни… — он допивает напиток, отставляет чашку и тут же вздрагивает от легкой щекотки на ребрах. Тор наигранно рычит.
— Ах, ты так, да?! Так значит, да?!
Он прикусывает его загривок и щекочет сильнее. Локи задыхается, смеется и пытается извернуться. Что-то неразборчиво негромко кричит.
Заигравшись, втянувшись в эту маленькую потасовку, медленно перетекшую в игривые тягучие ласки, они чуть не пропускают полночь. Локи как раз разрывает поцелуй, негромко стонет от давления чужого колена на пах, случайно смотрит на часы.
— Т-тор… Тор, время… — он легонько хлопает парня по макушке, вывернувшись, отстраняется, пытается отдышаться. — Похотливое животное, мы из-за тебя чуть Новый год не пропустили…
Он поправляет растрепанные волосы, перетягивает их резинкой и даже не замечает, как Тор подбирается сзади. Мальчишка снова оказывается в чужих объятьях.
— Ты можешь называть меня как угодно, но я же знаю, что тебе всё это тоже нравится… — он тихо пыхтит где-то рядом с его ухом, обнимает крепче.
— Боже, угомонись хоть на минуту… — Локи качает головой, глубоко вдыхает. Выдыхает.
Циферблат на дверце холодильника поторапливает, осталось меньше минуты и секунды неумолимо бегут…
Отчего-то все считают, что семейные традиции — это когда все собираются за столом и делают что-либо вместе. Но это немного не верно.
Его семья — это он сам. И у его семьи тоже есть традиция.
Она обычная, она самая что ни на есть простая, она — его любимая. Возможность загадать желание в Новый год.
Например, в прошлом году он загадал стать сильнее. Загадал стать жестче, стать тверже, стать прочнее.
Пересматривая весь год, пролистывая воспоминания, перематывая разные события… Локи может сказать, что его желание сбылось. Он сам воплотил его в жизнь.
И вот, у него очередная возможность загадать что-то…
Десять.
Мальчишка косится на Тора, но тот стоит позади и его лица не видно. Интересно, о чем он думает…
Восемь.
Его брови отчего-то хмурятся, губы напряженно поджимаются. У него ведь все есть прямо сейчас, он мог бы даже назвать себя самодостаточным, мог бы назвать себя обычным…
Шесть.
Есть поверье, что если в новогоднюю ночь ты желаешь чего-то не от всего-всего сердца, то оно не сбудется. Если же желаешь с темными намерениями — обернется против тебя…
Четыре.
Поэтому он всегда-всегда загадывает не только сердцем, всем своим существом, всей душой. Его желания всегда сбываются.
Три.
Он силой заставляет себя не зажмуриваться. Заставляет себя не жаться к Тору так испуганно.
Два.
В голове отчего-то такая пустота. Ни единой достойной или стоящей мысли только… Он слышит тонкий/робкий/бледный шепот и закусывает губу, покоряясь.
Один…
«Только бы это не заканчивалось никогда, пожалуйста…»
Цифры моргают и сменяются. Новый год наступает тихо. Новый год наступает неизбежно.
Секундная стрелка перепрыгивает с кончика хвоста на нос змеи и продолжает свой бег дальше. По замкнутому кругу жизни.
Локи взволнованно чувствует, что все еще может дышать, чувствует, что его сердце все еще бьется.
Тор целует его в затылок и неуверенно шепчет:
— С Новым годом?..
Он кивает, делает шаг вперед, выпутываясь из теплых нежных рук, а затем оборачивается. Секунду смотрит на Тора, будто бы вдруг усомнившись в чем-то действительно важном, а затем вновь кивает.
