Начальник РОВД наорал сегодня на утренней планёрке. Езжайте, давайте, и определяйтесь, наконец, с материалом этим! — указание дал ценное — Какого хрена участкового одного-то бросили! А если там убийство!
Конечно, убийство! Мафиозники с Москвы примчались, чтоб бабульку грохнуть срочно… Но деваться некуда, пришлось ехать чуть не всем отделением со старшим опером во главе. Делать больше нечего… День целый угробили сегодня. Всё хозяйство Ядова обшмонали. И дом, и сараи, и сад с огородом. Хозяина с расспросами достали. Устали, как собаки. А тот одно твердит — Са крипами ушла и пропала. Ничаво не снаю.
А соседи-то говорят, рукоприкладством занимался дедуля, по пьяни. Бил жёнушку свою, было дело. Ходила та в синяках. Не часто, правда, но всё же. Но, как говорится, не пойман — не вор, не убийца, вернее. Да и тела-то нет, какое может быть тут дело? Для очистки совести забрали старичка перед отъездом в опорный. Ещё уж разок побеседовать.
— Ну что, Ядов — не успокаивался участковый — отравил бабу свою ядом. Давай, рассказывай, а то Бог тебя накажет…
— Сачем так кофоришь — морщась от сплошной пелены табачного дыма слабо отбивался Пётр Васильевич. Тоже изрядно за день вымотался, но присутствия духа не терял, в очередной раз объясняя приставучим милиционерам — Ф лес она пошла, са крипами…
— Поехали мы — старший из оперативников поднялся со стула — Эти «лыко и мочало» никогда не кончатся. Один хрен, отказной здесь.
Восемь месяцев спустя…
Женщина была явно не в себе. Спотыкнулась на крыльце, в глазах ужас, говорит сбивчиво. Кое-как, но дошло всё ж до дежурного в РОВД, что семенную картошку из погреба та доставала. Краешек материи заметила, из земли торчащий. Потянула, а там…
Вскоре опергруппа была не месте происшествия. Как Вы уже догадались, уважаемый читатель, погреб тот знакомого нам Ядова оказался. Племянница из города картошку приехала сажать, а вместо поля в милицию пришлось примчаться… Примчишься тут, когда такое обнаружишь. В погребе Петра Васильевича всего-то на два штыка лопатных закопан труп был супруги его пропавшей. Сверху ещё картофелем засыпанный, высаживать который родственница-то собралась. А в погребе сухо, грунт песчаный. Тело в ковёр завёрнуто бережно, верёвкой аккуратно обвязано. Сохранилось идеально. Египетская мумия, да и только.
Понятное дело, прокуратуру вызвали, эксперта привезли. Тот парень смышленый, дотошный такой. Нашёл в сенях верёвку с привязанным ведром. Показывает следователю, узел-то какой редкий. А ковёр с трупом такими же узлами перевязан. Хозяина дома и погреба, соответственно, опера — под белы ручки и в опорный пункт увели, тому уже с прошлого года знакомый.
А дедулька-то всё никак понять не может, всё выспрашивает, чего это в погребе его такое нашли. Опера, естественно, восприняли это как издевательство над своими личностями. Но не будешь же прикладываться к старику, которому восьмой десяток лет, у которого полтора метра рост и вес «бараний». И что с ним делать, голову ломают. Тут Ядов вообще распоясался. Слух у него, видите ли пропал, слышать перестал задаваемые вопросы. Довёл парней до белого каления. Добром бы всё не кончилось, но начальник милиции во время появился. Всё сразу понял, велел в отдел подозреваемого доставить. Пусть, говорит, прокуратура его допрашивает, в строгом соответствии с законом.
Ближе к вечеру следователь прокурорский выпендриваться стал. Нет, говорит, у меня оснований задерживать Ядова. Бабулька эта, может быть, и сама умерла, а он на похоронах просто сэкономил. Это — один вопрос. А во-вторых, даже, если смерть и насильственная, доказательств на деда всё равно нет, практически. Не сознаётся он никак. Без заключения из морга и без сознанки, хотя бы маленькой, задерживать не буду. Решайте сами, пока, с этим старикашкой…
Умный такой, следак этот, в университете обученный.
Что делать? Кто виноват? Не отпускать же деда этого премудрого. Не мешок же фуража стырил, человека загубил, хоть и супругу свою законную. Вызвал начальник РОВД зама своего. Готовьте, говорит, фуфлыжные бумажки на хулиганство мелкое. А сам иди к судье и договаривайся, чтоб трое суток ему выписала, больше-то не надо…
Здесь, уважаемый читатель, пора познакомиться с начальником милиции местной. В дальнейшем повествовании он будет главным героем, после Петра Васильевича, понятное дело. Литвинов, это фамилия персонажа, всю жизнь свою сознательную в уголовном розыске отработал, а начальником года три как стал, от силы. Подчинённые, несомненно, его уважали за профессионализм и работоспособность, а также за чувство юмора, не покидавшее даже в трудные минуты жизни.
— Николай Иванович — из суда вернулся довольный заместитель — Я на десять суток договорился.
— Да куда столько! — присвистнул Литвинов — До завтра колонётся — спижонил уже, раскуривая сигарету — Спусти его в камеру, пусть пока ознакомиться, а через часок — ко мне чикатилу этого.
— Фы са што меня посатили! — с порога начал возмущаться подозреваемый, оказавшись в кабинете у начальника РОВД — Я шену не упифал и не снаю ничафо…