А дома стол накрыт и праздник будет общий. Там мама с папой ждут — рабочие с завода. Сиротины придут, дружат двадцать лет, к тому ж они соседи. И, конечно, их дочка будет непременно. Вера на два года лишь моложе Миши. Ох давно-давно — нравятся друг другу. Когда с армии пришёл, встречала на перроне. Обняла, прижалась нежно и губами тёплыми к его губам прильнула… Вечером родители по даче вдруг соскучились, а Евсеев за два года по другОм истосковался. Вот вдвоём они остались, начали всё с танца…
Всё. Достаточно, довольно. Слишком я увлёкся. Отошёл от главной нити своего рассказа.
— Михаил Иванович — ректор обратился, и комиссия застыла молча в ожидании — Мы Вам предлагаем ехать в город Сочи, опера нужны там также и работы хватит. Вы учились хорошо, нет семьи, детишек. Вот и нужен выпускник с данными такими. Что ответите Вы нам, мнение какое?
Да какое может быть мнение особо. Вон друзей его в тайгу пачками сослали. А тут Сочи, это Сочи — лучший город он в Союзе! Кто же будет возражать!.. Но, суровый взгляд отца встал перед глазами — Ты о чём сейчас сказал, какое, на хрен, Сочи. Ты же людям обещал, болтуном же будешь… Это можно пережить, а что с Верой будет? Свадьбу ждёт она давно, в зиму собирались…
Пауза зависла тут, долго, неприлично. Куратор первым не стерпел — В жизни редко так бывает, ты подумай, Миша.
— Да, согласен я и рад, спасибо за доверие…
— Ну что сказать тебе, студент — закурил майор-начальник — Ты же в Сочи, не в тайге, здесь цивилизация. Есть у нас своя общага, условия нормальные. Комната лишь на двоих, и душ, удобства прочие, всё там есть, в поряде всё и — на том же этаже. Трудится будешь под моим ты чутким руководством. Не лодырь если и не трус, сработаемся точно. Хватает здесь её, работы этой нужной. Сезон курортный, он сейчас в разгаре самом-самом. И воровство есть, грабежи, и разное другое. Забудь ты красный свой диплом и всю свою теорию. Работать будешь на земле, не будет очень сладко. Жениться, думаю, пока совсем ты не желаешь?
— Конечно нет — Евсеев врал. Так не хотел он осложнять с начальством отношения.
И вот прошёл он, первый год, для молодого опера. Опасна служба и трудна, но очень занимательна. Общением — с людьми, и все такие разные. Отпускники кругом и рядом — с громадного Союза. Туристы иностранные — с обоих лагерей, а с ними переводчицы, девчоночки красивые без нижнего белья. Коллеги по работе, с добром они относятся к парню симпатичному, новому сотруднику. А паспортистка Людочка с таким лукавым взглядом и коренная сочинка (а это просто к слову) вовсе не осталась к Мише равнодушной. Под вечер раз, под выходные явилась в кабинет к нему. Присела на соседний стульчик и взглядом томным обвела — Есть на завтра два билета, на концерт хороший. Ты ж не местный, всё-таки, приглашаю я. И что молчишь, и что ты растерялся?
Нет, не смогу… Дежурство завтра — бездарно врал Евсеев, про свою невесту сказать не захотел.
Ну как хотите, ваше дело — и голос дрогнул голос, сразу вышла, дверь за собой не затворив. Неспокойно стало Мише, на душе паршиво. Но себя переборол, главное работа. Да и любит Верочку, видимо, наверное.
Тут и отпуск подошёл, трудовой и первый. Чемоданы собраны, самолёт на взлёте. Мысль тревожная пришла Михаилу в голову: Нет уж трепета такого перед встречей с Верой…
Вот и дома наш герой, целый год не видел. Пироги, понятно дело, мама наготовила. Про невестку разговор, всё в тонах восторженных. А отец, он, как всегда, после рюмок выпитых — Жить как дальше ты решил?! Ей рожать давно пора. Голову морочишь?!
Зазвенел тут колокольчик на двери в квартиру. Да, Сиротина пришла, такая же всё милая. Нет, поблекла всё же за год — думалось Евсееву, обнялись когда в прихожей, целоваться принялись…
А вернувшись в Сочи, прибыв на работу, первым делом он пошёл к начальнику милиции.
— Решим вам с комнатой отдельной — полковник добрый, улыбался — и без работы не оставим, учителя всегда нужны. Женитесь, дело молодое, и долго, хорошо живите. Но завтра, между прочим, дежурство у тебя. По графику, что — утвердил.
Не думал, не гадал герой наш, что суточное то дежурство изменит круто его жизнь. Сентябрь шагал по Побережью. Период лучший он для Сочи, сезоном бархатным зовут. А сутки плавно шли и гладко, и вечер к ночи приближался, звонок с дежурки всё испортил — Тут дамочку одну нагрели, к тебе сейчас её пришлю.
И вздрогнул Михаил Евсеев, когда вошла походкой плавной та потерпевшая по делу. Как поразительно то сходство! С актрисой — Симоновой Женей, её считал он эталоном и красивейшей женщиной земли.
— Меня ограбили сегодня! — в глазах растерянность с испугом — Вот отдохнула на курорте — улыбка тронула уста — Вы мне поможете, надеюсь, подарок мамин это…
— Да-да, конечно, несомненно — очнулся, всё-таки, наш опер — сначала протокол составим. Скажите всё мне по порядку, с анкеты и начнём.