Через десять минут на столе у Нигматуллина лежали три заявления обворованных автовладельцев, рапорта милиционеров патрульно-постовой службы, задержавших троих молодых людей при совершении кражи из салона «Жигулей». Напротив на стуле сидел парень и демонстративно дремал. Следователь начал беседу — Как звать? — Парень слегка приоткрыл глаза и опять сделал вид, что спит. Батманов вплотную подсел к задержанному и дотронулся до плеча. Тот внезапно и резко вскочил со стула и высоким, переходящим в визг голосом закричал: «Посажу обоих, только троньте!». Милиционеры сначала опешили, потом рассмеялись. Первым успокоился Батманов — Ты чего визжишь-то? Никто не собирается о твои сопли руки пачкать. Ты лучше со своим следователем познакомься. Ему ж сейчас судьбу твою решать.
— Нечего тут решать — успокоился немного молодой человек и, обращаясь к Нигматуллину — А вам ещё не звонили?
— А кто должен позвонить?
— Да так…Позвонят скоро, а пока мне адвокат нужен и…
— А когда воровал, адвоката с собой не брал что-ли — перебил Батманов.
— Ничё я не воровал, гуляли просто…
— А почему друзья твои, заметь — не наши, говорят, что вместе с тобой машины бомбили?
— Я не знаю, что эти дураки там делали. Мне сказали, что отлить пошли…
— А почему у тебя в карманах оказались ворованные зеркала?
— Не знаю, менты подкинули…
— Ах менты! Далеко пойдёшь, молодой человек — поднялся со стула Батманов — Я оставлю Вас, Ринат Мингалиевич, на полчасика.
— Ну и какой тебе нужен адвокат? — продолжил беседу следователь — Лично ваш семейный, или просто знакомый?
— Родители должны привезти.
— И кто ж твои родители?…
Раздался телефонный звонок. В трубке послышался голос начальника розыска — Может закроем, всё ж наглеца-то этого? Верняком за ним ещё краж куча. Поработать бы вплотную. Доказательства есть. Давай закроем…
— Хорошо, посмотрим. — Нигматуллин положил трубку — Так как тебя звать-то?
— Давыдов я, Николай Ильич. А это по поводу меня звонили?
— А как ты догадался?
— Ну вот — заулыбался Давыдов — давно бы так, а то пристали, как банный лист к ж… — привстал со стула, сладко потянулся — Домой мне надо, выспаться, отдохнуть.
Следователь позвонил Батманову уже сам — Пришли кого-нибудь, пусть сто двадцать вторую от моего имени нарисует. Я — подпишу.
— Вы что, сажать меня хотите? — парень опустился на стул — Вы знаете, что я племянник Елчева! Вам может работа надоела?
— Вот оно в чём дело-то — заулыбался Нигматуллин, услышав фамилию заместителя прокурора Заречного района. В этот момент дверь приоткрылась и показалась алая голова Быкова — Заходи, Сан Саныч.
— С выходом Вас, Ринат Мингалиевич. Меня в ваше распоряжение прислали.
— Ты забери, пожалуйста, вот этого крутого и помести в камеру. Я все бумаги подпишу.
Через час позвонил дежурный — Ринат, к тебе тут родители Давыдова просятся. Что сказать?
— Скажи, чтоб тащили сынуле адвоката. А встречусь я с ними не раньше семнадцати часов — Нигматуллин положил трубку и через запасной выход здания удалился на обед. Вернувшись, стал допрашивать подельников Давыдова. Вскоре позвонил Прошкин — Зайди ко мне, срочно.
В кабинете у начальника следствия находился, как и ожидалось, заместитель районного прокурора. Елчев поднялся со стула, протянул и пожал в приветствии следователю руку. Сам же начал разговор — Как в отпуске? Хорошо отдохнул?
— Да, нормально, Владимир Борисович…
После небольшой паузы разговор продолжил Прошкин — Ринат, ты человека сегодня задерживал?… Давыдова?
— Вынужден был, Анатолий Сергеевич.
— А к чему такая спешка!? Почему мне не доложил? Или в отпуске запамятовал, что есть начальник следствия, который за все задержания отвечает…
— Сам я отвечу. Все законные основания для задержания есть…
— Хорош, мужики, не кипятитесь — вмешался зам. прокурора и, обращаясь к Нигматуллину — Давыдов этот — сын моей родной сестры. Родителей достал уже. Правильно сделал, что закрыл, но может решим без прокурора? Думаю и так поймёт.
— Сомневаюсь, что поймёт, Владимир Борисович, да и в отказе он полностью. Кстати, вашим именем прикрывается, обещал меня с работы снять.
— Вот гадёныш — Елчев поднялся со стула — Ты приведи его, пожалуйста, сейчас ко мне и дело принеси.
Нигматуллин вернулся в кабинет, принялся подшивать дело. Вновь позвонил дежурный — Ринат, бегом в актовый зал. Там замполит всех собирает на стрельбы и физподготовку. Четверг сегодня…
— Скажи, некогда мне…
— Щ-щас! Ты уж двадцатый отказываешься. Я укажу в рапорте и сами объясняйтесь…
— Пиши, что хочешь…
Вскоре в кабинете у Елчева находились и следователь Нигматуллин, и племянник Давыдов. Владимир Борисович молча пролистал дело, потом откинулся на спинку кресла и обратился к подозреваемому — И что с тобой делать?… Тебе что в жизни не хватает?… Может голодаешь?
— Не воровал я, дядь Вов, честное слово не воровал…
— Короче так, Коля — не стал выслушивать родственника Елчев — Или ты сейчас следователю всё чистосердечно рассказываешь и каешься, чтобы уйти сегодня домой, или я звоню отцу с матерью, чтобы сушили тебе сухари…