— Понимаете — женщина замялась — жарко очень. Дверь балконная постоянно приоткрыта. Я, когда вчера уходила, заперла её на шпингалет. Потом дочка заходила, побыла около часа и ушла. А дверь забыла закрыть. Утром приходим, а здесь вот такое…
— Вы бы ещё и входную дверь распахнули настежь! — в привычном тоне продолжал работу с потерпевшей оперативник — Сколько лет дочери?
— Двенадцатый год…
— А где же вы ночевали-то?
— А какое это имеет значение? — насторожилась хозяйка.
— Да так, из чисто спортивного интереса спрашиваю — прошипел Коротков — Мне чихать, где и с кем вы спали, если бы в это время вашу квартиру не бомбанули. А не хотите нам помогать, нечего тогда и заявлять — продолжал нагнетать обстановку, чуя очередной «висяк», оперативник.
— Извините, как ваши имя-отчество… — перевёл в другое русло разговор Кочкин — Надежда Сергеевна, понятые нам нужны. Может позовёте кого из соседей?
— Потерпевшая с кем-то созвонилась и вскоре пришли две женщины. Следователь к тому времени отправил Короткова делать поквартирный обход, сам приступил к составлению протокола. Эксперт, осмотрев ладони хозяйки, махнул рукой — Нет ничего, Николаич. Её пальчики и детские везде. Тоже самое опять — Пошёл на балкон. Вернувшись, доложил: И дождь смывает все следы…
Часа через два следственно-оперативная группа свою работу на месте происшествия закончила. Установлено, что в период с двадцати одного часа предыдущих суток до семи часов сорока минут сегодняшних, кто-то через незапертую балконную дверь проник в квартиру, откуда тайно похитил деньги, золотые украшения. Из «тряпок», на удивление следователя, был украден только отрез на платье. Потерпевшая никого из своих знакомых не подозревала. Соседи, как всегда, дружно никого не видели и ничего не слышали. Следственно-оперативная группа пришла к единому мнению, что кража эта — дело рук всё того же серийного вора. Тут прибыл участковый Зайцев.
— Ханыг своих проверял по этой краже — не моргнув глазом соврал Кочкину — А чё тут?
— Это тебя надо спросить, господин Зайцев. Сколько у тебя на участке таких квартир «висит»?
— Пять или шесть — сморщил лоб участковый — Разве всё упомнишь тут…
— Ладно, пошли на улицу, покурим — старший группы поднялся с кресла — Дождик, вроде, прошёл.
— Хозяйка! — окрикнул находившуюся на кухне потерпевшую Коротков — Ты из дома пока не уходи, возможно вернёмся ещё.
Тучи на небе развеялись, стало опять припекать.
— Когда только это пекло закончится — Кочкин посмотрел на небо — Мне жена на днях говорит, в жару такую, наверное и преступления-то не совершают. Глупости, говорю, воровать перестанут при плюс семьдесят, не ниже…
— Эт точно — согласился со следователем Коротков — Надо пообедать где-то.
— Надо в отдел позвонить — распорядился Кочкин — Потеряли нас уже.
Эксперт пошёл в квартиру потерпевшей к телефону. Вернувшись, сообщил — Там ещё две кражи заявляют, склад бомбанули и счётчики из подъезда спёрли. Дежурный, бедный, всю икру отметал, ругается по-матерному…
— Работа у него такая — Коротков не спеша, держась за поясницу, поднялся со скамейки — Давай, Зайцев, раскрывай варежку, а мы поехали. Смотри, не надорвись!
Следственно-оперативная группа выехала на очередное происшествие. Вернулась в отдел в восьмом часу вечера голодная и злая. Сдав материалы дежурному, поехали обедать. Не успел Кочкин зайти к себе в квртиру, зазвонил телефон.
— Ты поел? — гудел в трубку Скоков — Давай возвращайся, тут воришку задержали, заниматься надо…
— Обождёт твой воришка. Поем и позвоню сам…
— Можешь не звонить, машины всё равно нет. Тут ещё «хулиганку» заявили. Резерв уехал. Так что добирайся сам.
— Хорошо — Валерий Николаевич положил трубку и грязно выругался.
В помещении дежурной части, когда Кочкин вернулся в отдел, находился высокий худощавый парень лет двадцати трёх от роду со свежее подбитым глазом.
— Вон потерпевшие поймали — начал объяснять Скоков, указав на стоящих в коридоре мужчину и женщину — Муж с женой, помяли немного бедолагу. Цыплаков его фамилия…
— Ладно, разберёмся, а этот пусть пока у вас посидит — Кочкин, позвав с собой супругов, поднялся к себе в кабинет, где выяснил следующее.